БЛОГ ЯРИНИ ВОЛОДИМИРІВНИ ТАРАСЮК: перший web-сайт в Україні з вивчення ОПЕРАТИВНО-РОЗШУКОВОЇ ДІЯЛЬНОСТІ

Оперативно– розшукова тактика

http://www.bnti.ru/showart.asp?aid=989&lvl=02





ИНТЕРЕСНАЯ РЕКЛАМА



Украинская Универсальная Биржа (Prozorro).

http://go.sellaction.net/go.php?id=6bfe9704b11c7ad29295d3&url=http%3A%2F%2Fuub.com.ua%2Fprozorro

Finline.com.ua - один из ведущих бесплатных сервисов по подбору и заказу банковских продуктов.

http://go.sellaction.net/go.php?id=6ffe880db1156fdb99&url=http%3A%2F%2Fpartner.finline.ua%2Flanding%2FcashCard%2F1734%2Fgpman

Busfor.ua - это удобный сервис поиска и покупки автобусных билетов.

http://go.sellaction.net/go.php?id=6bfa950db11c7ad29295d3&url=https%3A%2F%2Fbusfor.ua

Proizd - билеты онлайн.

http://go.sellaction.net/go.php?id=6dfd9510ac016ed39a96&url=http%3A%2F%2Fproizd.com.ua

ШвидкоГроші.

http://go.sellaction.net/go.php?id=6cfc9110ac016ed39a96&url=http%3A%2F%2Fsgroshi.com.ua

Кофе Shao-Lin.

http://go.sellaction.net/go.php?id=6bf89104b11c7ad29295d3&url=http%3A%2F%2Fshao-lin.pak.in.ua

Topmall.ua Интернет-магазин товаров для дома, а также одежды, обуви и аксессуаров. http://go.sellaction.net/go.php?id=6bf9900db11c7ad29295d3&url=http%3A%2F%2Ftopmall.ua

Глава 38 ТАКТИЧЕСКИЕ ОСНОВЫ ОПЕРАТИВНО–РОЗЫСКНОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ

§ 1. Понятие оперативно–розыскной тактики

Тактика — широкое и емкое понятие, применяемое во многих сферах общественной практики. Однако впервые термин «тактика» появился в военной науке, в связи с чем тактика получила наибольшее и в то же время однозначное развитие, поскольку ее применение продиктовано состоянием вооруженной борьбы, в которой стороны преследуют цели уничтожения противника и сохранения своих сил.

Вместе с тем и в других видах деятельности также обозначилась необходимость тактики, особенно в тех, где присутствуют элементы борьбы, противоборства, противодействия, поиска истины в условиях, когда на этом пути возникают или создаются помехи, препятствия, допускается целеустремленная дезинформация, а достижение успеха требует сокрытия своих планов, целей, конспирации действий и их участников. Поэтому еще на начальном этапе научного обобщения приемов следственной работы и ОРД криминалисты заимствовали термин «тактика» из военной науки, потому что он соответствует во многом содержанию практической деятельности правоохранительных органов по борьбе с преступностью.

В частности, в работах криминалистов отмечалось, что тактика является такой же необходимой принадлежностью раскрытия преступлений, как военная тактика в военном искусстве, делался акцент на необходимости тактики в связи с маскировкой преступности: «тактика является неизбежным адекватным средством в борьбе против хитрых преступников».

Следует иметь в виду, что все многообразие ОРД не может быть сведено лишь к эпизодам борьбы. Оценка и учет противоречивых интересов граждан, колебаний в выборе ими решений; позитивное воздействие на многих лиц, попадающих в поле зрения оперативников; изменение ситуаций для предупреждения преступного поведения; негласное изучение нравственных и разведывательных качеств негласных сотрудников; развенчание мотивов сокрытия противоправных фактов, установление которых способствуют предупреждению и раскрытию преступлений, розыску различных категорий лиц, – вот далеко не полный перечень задач ОРД, для решения которых необходима оперативно–розыскная тактика.

Термин «категория» используют для обозначения наиболее общих и фундаментальных понятий, подчеркивая их значимость для теории и практики. Таким понятием является и оперативно–розыскная тактика, поскольку в этом понятии раскрывается сложное, многоаспектное содержание ОРД. Без тактики этой деятельности просто не будет, так как она невозможна без мышления, логики, предвидения, в которых проявляются опыт, знания, в целом интеллектуальные качества ее субъектов.

Следовательно, оперативно–розыскная тактика — это важнейшая категория ОРД, неотъемлемая, органически необходимая составная часть ОРД. Необходимость оперативно–розыскной тактики предопределяется следующими факторами, порождаемыми феноменом преступности: наличием замкнутой преступной среды, проникновение в которую осложняется в силу глубокой конспирации и строгой дисциплины внутри преступных групп; распределением сфер преступной деятельности и возникновением на этой основе тщательно маскируемой системы отношений; стремлением преступников к насаждению норм поведения и отношений, которые стимулируют–круговую поруку, возбуждают и поддерживают чувство страха у причастных к преступлениям и осведомленных о них лиц, толкают их на сокрытие истины; наличием таких явлений, как преступный профессионализм и преступная квалификация.

Эти явления обусловливают: постоянный поиск новых способов совершения преступлений; маскировку преступных связей; изучение преступниками тактики, средств и методов ОРД, побуждая тем самым ко многим ухищрениям для контрнаблюдения за действиями оперативников и получения не обходимых сведений об ОРД. К таким ухищрениям можно отнести, например: поручение «новичкам» уголовно наказуемых правонарушений и наблюдение за их реакцией и поведением; дезинформацию расшифрованных негласных сотрудников и слежение за последствиями — действиями оперативников; противоборство заинтересованных лиц мероприятиям ОРО (сокрытие истины, уклонение от оперативного наблюдения и контроля, уничтожение улик); маскировку преступных действий под правомерные финансово–хозяйственные операции при совершении преступлений в сфере экономики; обращение к «социальной мимикрии» («социальной маске») для сокрытия преступных отношений; проникновение участников ОПФ в административные и правоохранительные органы и др.

Таким образом, необходимость тактики в ОРД предопределяется существованием в обществе организованной преступной среды. При этом современная преступная среда со всеми ее многообразными проявлениями выступает в качестве противоборствующей стороны в оперативно–розыскной тактике и является неотъемлемой ее частью. Особо отметим, что оперативно–розыскная тактика обеспечивает решение сложных задач борьбы с организованной преступностью.

 К таким задачам следует отнести: агентурное проникновение в ОПФ, получение сведений об их деятельности; связях; составе преступных формирований и их лидерах; организаторах конкретных преступлений; ближайших намерениях и планах, резервах, привлекаемых к противоправным деяниям; изучение ОПФ путем непосредственных контактов с ее представителями и сбора информации: данных о лидерах, их отношениях между собой; сведений о контрразведывательных мероприятиях и способах маскировки и др.; установление преступников, находящихся на нелегальном положении, мест укрывательства разыскиваемых лиц; обнаружение оружия, предметов, ценностей и денег, добытых преступным путем, и мест их укрытия; нарушение преступных планов и намерений, создание препятствий на пути их реализации; содействие распаду ОПФ, компрометации и моральной изоляции их лидеров; отрыв от ОПФ лиц, попадающих под ее влияние, их переориентация; постоянное поддержание конспиративности, необходимой, в частности, для зашифровки негласно действующих оперативников, а также агентов. Решение этих и иных, в том числе локальных, задач (негласное наблюдение за конкретным объектом, негласный оперативный контакт с источником информации, легендирование личности оперативника) требует знания современного облика преступников, их психологии, сильных и слабых сторон, нравов и обычаев преступной среды.

Например, рецидивистов отличает профессионализм преступного поведения. Они имеют преступный опыт, который формируется не только практикой совершения ими повторных преступлений, но и в результате специфического общения их с другими преступниками, в том числе в местах лишения свободы. Часть рецидивистов имеет преступную квалификацию, т.е. избрала определенный вид преступной деятельности и достигли в ней высоких профессиональных навыков (при совершении, например, квартирных или карманных краж, мошенничества, вымогательства крупных сумм денег и др.).

Рецидивисты в ряде случаев входят в состав профессиональных преступных групп –своего рода ассоциации, их назначение состоит в том, чтобы сохранять и пополнять преступную среду. Поэтому в ОПФ живучи свои правила, традиции. Многие из них рассчитаны на то, чтобы затруднить поиск, выявление и разоблачение преступников, действующих замаскированно и длительное время. Лидеры преступных групп и сообществ организуют проверку своего окружения, стремятся выявлять негласных сотрудников, которых либо обрекают на расправу, либо перевербовывают для дезинформации ОРО, компрометации их сотрудников или вовлечения в преступную деятельность.

Рецидивисты составляют ядро организованной преступности, которая представляет собой сложное многоуровневое образование.

Современная преступная среда, охватывая криминогенные кон–тингенты, представляет собой очаговые образования, имеющие в ряде случаев межгородские, межрайонные, межрегиональные и международные связи. Для лиц и групп, относимых к этой среде, характерна криминальная активность. Данное понятие более широкое, чем преступная деятельность. Дело в том, что криминальная активность может проявляться: в солидарности с преступниками, в их моральной и материальной поддержке (без участия в преступлениях); в тяготении к преступной среде; в психологической готовности к участию в совершении преступлений; в устойчивых связях в среде содержателей притонов, проституток, наркоманов, воров, мошенников и др. Именно в такой криминогенной среде циркулирует информация, представляющая оперативный интерес. На проведение различных действий и мероприятий в этой среде и ориентирована оперативно–розыскная тактика.

Непосредственные контакты между преступниками, которые причисляют себя к профессиональным преступным группам, наиболее длительный характер имеют в местах лишения свободы, где у осужденных есть реальная возможность обмениваться сведениями о сохраняющихся преступных связях, принимать групповые решения, оказывать влияние на устойчивость функционирования преступной среды. Нередко в период отбывания наказания формируются групповые замыслы на продолжение преступной деятельности. Освобождающиеся из мест лишения свободы лица получают адреса «надежных» людей и в результате вновь совершают преступления. В преступной среде наблюдается обособление элитарного слоя, «авторитетов», которые паразитируют за счет руководимых ими активно действующих, главным образом, начинающих преступников. С этой целью под видом взаимовыручки создаются воровские кассы — «общаки». «Авторитеты» обмениваются опытом применения новых способов совершения преступлений и сокрытия (маскировки) их следов; определяют пути к установлению преступных контактов с работниками правоохранительных органов, ориентируясь на подкуп и шантаж, предварительный сбор в этих целях компрометирующей информации. Поскольку существует некоторая иерархия и своего рода подчинение для поддержания необходимых элементов такой организации, как «общак», постольку время от времени используются нелегальные встречи — «сходки», на которых преступники решают наиболее острые вопросы: выявляют в своей среде агентуру, для чего тщательно анализируют провалы и все предшествовавшие им контакты; разрабатывают планы пополнения воровской кассы, в частности, за счет шантажа и вымогательства денег у крупных дельцов и расхитителей, вплоть до похищения таких лиц или их родственников; совершают расправу с конкурентами и другими неугодными лицами.

Нравы преступной среды имеют свою историю. В той борьбе за существование, которую всегда вели уголовно–преступные элементы, составляющие преступную среду, каждый трюк, каждая уловка, каждая хитрость, ложь, обман были дозволены, какими бы бессовестными и коварными они ни были. Здесь всегда отсутствовала моральная брезгливость, насаждалось уважение к насилию, скорой расправе и т.п. Криминологи разных стран, занимающиеся проблемами преступного мира, отмечают, что у этого мира есть свои жестокие законы, своя «этика», своя «мораль». Главным качеством преступного мира является ненависть к государству и обществу, которым он себя противопоставляет. Именно этим объясняется изолированность преступной среды, стремление поддерживать в ней постоянную замкнутость.

В то же время в недрах преступной среды складываются предпосылки для ликвидации преступных групп и сообществ. Аморальность «кодексов», «уставов» и др., лежащая в основе их существования, не создает истинной сплоченности. Здесь же речь идет главным образом о круговой поруке, которая базируется на боязни ответственности. Активная деятельность ОРО в криминогенной среде по своевременному реагированию на все проявления негативно отклоняющегося поведения может подрывать корни существования этой среды, лишать ее «резервов» для пополнения и поддержания культивируемых ею антисоциальных отношений. При этом оперативники должны знать особенности современной преступной среды, структуру ОПФ, их характеристики и т.д. Наибольший интерес для них в этом случае представляют:

  • нормы поведения, традиции, обычаи, жаргон, его изменяющаяся модификация, символика, «тюремный» фольклор преступников и т.д.;
  • способы маскировки, характерные для соответствующих преступных формирований, тайные способы связи и распространения информации;
  • контроперативные меры, принятые в преступной среде: контрнаблюдения за оперативниками и поиск подходов к ним; выявление агентуры и проникновение в агентурный аппарат и др.; признаки очагов активно действующей преступной среды.

Оперативно–розыскная тактика — категория сложная и многогранная. Поэтому на протяжении всего становления и развития теории ОРД наблюдаются различные подходы к выяснению сущности тактики и определению ее понятия. Анализ специальной литературы позволяет выделить основные подходы к определению понятия оперативно–розыскной тактики.

Чаще всего тактику определяют как совокупность (комплекс, систему) приемов и методов, с помощью которых осуществляются мероприятия, направленные на эффективное достижение целей ОРД (А.И. Алексеев, Г.К. Синилов, 1973 г.). В ряде работ (А.Г. Лукьяненко, Т.Т. Тагиров) тактика определяется как образ действия, линия поведения субъектов, осуществляющих ОРМ в той или иной ситуации с использованием необходимых средств и методов.

В.Г. Самойлов рассматривал тактику ОРД в двух аспектах: как систему научных положений и разработанных на их основе практических рекомендаций по организации и осуществлению ОРМ и как линию поведения лиц, участвующих в их проведении. При этом сущность тактики раскрывается через ее структуру, т.е. такие элементы, как: мышление оперативника, включающее оценку ситуации, прогноз ее развития; принятие решения; реализация принятого решения в действиях, определение эффективности такой реализации.

В связи с этим оперативно–розыскная тактика по своему содержанию предполагает: мышление оперативника, включающее оценку оперативно–тактической ситуации: криминального события или угрозы его наступления, сил, качеств и поведения противоборствующей стороны, своих сил, средств и иных возможностей; мышление, предопределяющее образ действия, линию поведения, которые избираются как самим сотрудником, так и по его заданию (поручению) агентами или другими лицами для достижения конкретных целей ОРД. При таком содержании оперативно–розыскной тактики определение ее понятия требует включения всех указанных элементов и может быть сформулировано следующим образом: оперативно–розыскная тактика — это категория ОРД, отражающая мышление оперативника, включающее оценку ситуации (криминального события или угрозы его наступления), сил, качеств и поведения противоборствующей стороны, своих возможностей и предопределяющее образ действия, линию поведения, избираемых для достижения целей предупреждения, раскрытия преступлений и розыска преступников.

§ 2. Содержание оперативно– розыскной тактики

Содержание оперативно–розыскной тактики раскрывается через ее структуру, основные характеристики и уровни применения. Под структурой тактики принято понимать такие ее элементы, которые охватывают собой весь комплекс последующих действий — от оценки ситуации до достижения поставленной цели. Отсюда, оценка ситуации, осмысливание явлений, анализ имеющейся и поступающей информации – все это интеллектуальные операции, предполагающие профессиональные знания, опыт, плодотворное мышление оперативника. На их основе возникают тактические решения, осуществляется выбор средств, методов и иных возможностей ОРД, порядка их применения в ходе оперативно–розыскных действий для достижения конкретной цели. При этом обязательно учитываются характер и степень противоборства криминально активных и иных лиц, определяются меры по обеспечению конспирации и законности. Структура тактики, таким образом, складывается из последовательно выполняемых элементов, которые типичны для всех уровней ее применения: оценка оперативно–тактической ситуации; принятие оперативно–тактического решения на выполнение возникающей задачи; выбор средств, методов и других возможностей ОРД, а также приемов и вариантов для исполнения принятого решения; реализация решения в действиях и определение эффективности тактики. Оперативно–тактическая ситуация — это реально существующее на данный момент состояние криминального события (или иного связанного с ним факта), либо угрозы наступления такого события, по поводу которого осуществляются ОРМ; условия, в которых предстоит действовать оперативнику, его возможности принять необходимые меры, формулируемые в виде конкретной задачи.

Каждая ситуация складывается из многих изменяющихся элементов для конкретного случая. Однако некоторые из них повторяются. Поэтому оценке подлежат, прежде всего, следующие элементы ситуации: конкретные криминальные события и иные связанные с ними факты либо угроза наступления таких событий; силы, действия (поведение) противоборствующей стороны, в том числе характеристики проверяемых, разрабатываемых, разыскиваемых и профилактируемых лиц; источники информации, условия ее получения и возможности использования; состояние имеющихся данных, характеризующих криминальное событие и другие факты, возможности получения новых сведений и рационального их использования; реальные возможности оперативников (подразделений): субъектов ОРД, тактико–технические возможности средств оперативной техники; возможность и эффективность избираемых методов ОРД, приоритетный их выбор для данной ситуации и др.

Кроме того, оценка ситуации предполагает необходимость предвидения (прогнозирования) изменений поведения и решений лиц или групп, относимых к противоборствующей стороне, осмысливание последствий их вероятного поведения, разработку программы дальнейших действий и их последовательности.

Необходимо также рассмотреть разновидности оперативно–тактических ситуаций, которые встречаются в практике ОРД.

Подробным образом их исследовал В.Г. Самойлов. В первую очередь оперативно–розыскную ситуацию по времени ее возникновения следует разделить на начальную, промежуточную и конечную.

Начальная ситуация складывается на момент обнаружения криминального события в результате его изучения и оценки полученной информации.

Промежуточная ситуация складывается в результате воздействия оперативника на начальную, когда воздействие не привело, однако, к конечному результату. Оперативно–розыскная, как и следственная, ситуация представляет собой динамическую систему, меняющую свое содержание, структуру и форму в результате воздействия различных внешних и внутренних факторов. В зависимости от различных обстоятельств промежуточная оперативно–розыскная ситуация может изменяться постоянно либо скачками, приближаясь к желаемой.

Конечная ситуация складывается на момент завершения работы по поводу криминального события и окончательного решения общей (стратегической) задачи в конкретных условиях.

По возможностям достижения желаемого результата оперативно–розыскная ситуация может быть охарактеризована как благоприятная и неблагоприятная. Первая ситуация характерна наличием естественно сложившихся благоприятных условий, способствующих решению стоящей задачи. Вторая — отсутствием таких условий либо наличием условий, которые явно препятствуют решению стоящей задачи. В этой связи возникает необходимость принятия мер к искусственному созданию благоприятных условий, т.е. применению оперативной комбинации.

По степени повторяемости на практике оперативно–розыскная ситуация может быть разделена на типичную и специфическую. Типичная — это часто повторяемая по данной категории дел ситуация, которая в известной мере поддается формализации и предполагает принятие типового решения. Специфическая ситуация отличается оригинальностью сочетания составляющих ее компонентов, неполнотой или противоречивостью информации о них. Тем самым она требует оригинального, часто высокотворческого решения.

Наконец, по характеру и степени противоборства оперативно–розыскную ситуацию можно разделить на бесконфликтную и конфликтную. Последняя, в свою очередь, может характеризоваться как двусторонняя и многосторонняя, а также строгого и нестрогого соперничества.

Основное назначение изучения и оценки оперативно–розыскной ситуации — принятие правильного решения. С учетом этого ее можно разделить еще на три вида.

1. Ситуация, требующая немедленного реагирования. Как правило, она возникает в процессе личного сыска, когда на глазах перативника происходят какие–то криминальные события, требующие неотложного вмешательства: задержание с поличным заподозренного лица; установление личности гражданина, который мог быть свидетелем, не расшифровывая себя как оперативник. Такая ситуация нередко возникает при встрече с негласным сотрудником, когда в связи с полученным сообщением необходимо сразу сформулировать задание и пути его выполнения.

2. Ситуация, дающая возможность продумать решение, подготовиться к проведению ОРМ. Она характерна тем, что у оперативника есть возможность подумать, посоветоваться с другими сотрудниками, доложить руководителю ОРО, получить от него указания.

3. Ситуация, требующая тщательной, порой длительной разработки решения, подготовки к проведению ОРМ или их совокупности. Чаще всего она складывается при получении первичных материалов о серьезном криминальном событии., требующих глубокой и всесторонней проверки, заведения ДОУ, подготовки сложной операции с использованием различных, как гласных, так и негласных сил, средств и методов.

4. Принятие оперативно–тактического решения является элементом структуры тактики и включает: выбор действий, их последовательность, сочетание; период проведения действия (например, наружное наблюдение); обеспечение конспирации и законности осуществляемых действий, привлекаемых сил, используемых средств, методов ОРД и др. Оперативно–тактическое решение предполагает постановку цели, которую необходимо достигнуть, и выбор образа действия, которые могут быть выработаны для данного случая или заимствованы из теории и практики ОРД. Причем важно отобрать специфическую, «работающую» на тактику информацию, которая может обеспечить выбор оптимального решения, основанного на анализе ситуаций, прошлых и прогнозируемых событий, на имитации поведения неустановленных или разрабатываемых преступников, их пособников. В ряде случаев может быть несколько вариантов решений, их конкуренция. Поэтому выбор оптимального решения позволяет исключить тактические ошибки и просчеты. Принимаемое решение может быть мысленным или письменно оформленным. При осуществлении простых задач (задержание подозреваемого, не представляющего общественной опасности) оно принимается обычно мысленно, а в ходе выполнения сложных оперативно–тактических задач (ввод агента в преступную группу) — облекается в письменную форму. Принимаемое решение должно отвечать определенным требованиям, обусловливающим оперативно–розыскную тактику: быть законным, обоснованным, своевременным и реальным для исполнения.

Оптимальный выбор средств, методов и иных возможностей ОРД, а также тактических приемов и вариантов действий, как элемент структуры тактики, имеет важное значение для своевременного и эффективного исполнения принятого решения. Реализация решения в действиях и определение ее эффективности является существенным элементом структуры тактики. Реализация принятого решения требует профессиональных умений и навыков (зашифровки ролевого поведения оперативника или агента, физической выносливости и способностей физической борьбы и др.), что в совокупности составляет тактику оперативно–розыскных действий. Причем эти действия, их сочетание, последовательность и осуществление составляют содержание реализации принятого решения. Кроме того, реализация соответствующего решения и оценка полученных при этом результатов предполагают также принятие и последующих решений, поскольку, как правило, возникают новые ситуации.

Рассмотренная структура тактики определяет ее содержание. Вместе с тем содержание тактики будет неполным без определения ее характеристик и уровней применения. Характеризуя содержание оперативно–розыскной тактики, необходимо иметь в виду, что она строится на закономерностях поведения людей, групп лиц, с учетом профессиональной подготовки оперативников и специфических условий, в которых они действуют. Известно, что оперативники действуют чаще всего в реальных, а в ряде случаев экстремальных условиях, которые по–разному воспринимаются каждым из них в зависимости от уровня профессиональных знаний, умений и навыков, темперамента, черт характера и других обстоятельств. Поэтому психологические закономерности в оперативно–розыскной тактике причинно связаны с особыми условиями, в которых приходится действовать оперативникам.

Теорией и практикой ОРД выработан ряд рекомендаций, которыми определяется эффективность принимаемых решений. В этой связи оперативникам рекомендуется:

  • учитывать наличие конфликтной ситуации и постоянного противодействия со стороны лиц, замаскированно подготавливающих или совершающих преступления, уклоняющихся от следствия, суда и исполнения приговора, фактически находящихся на нелегальном положении. Это требует постоянной готовности, гибкости, самостоятельности и проявления разумного, оправданного оперативного риска;
  • аналитически оценивать информацию в целях принятия обоснованного и тактически грамотного решения при реальном учете встречающихся трудностей;
  • действовать наступательно, внезапно и быстро, изобретательно, проявляя оперативную смекалку и хитрость, с учетом постоянного дефицита времени и изменения ситуаций, которые влекут за
  • собой физические и психические перегрузки, требуют высокой концентрации внимания;
  • тактически грамотно вести себя в ходе встреч с негласными сотрудниками, во время бесед с потерпевшими, очевидцами преступлений и при иных специфических формах общения с гражданами.

Для преодоления противодействия криминально активных и иных лиц, относящихся к преступной среде, оперативникам следует в совершенстве владеть техникой борьбы, чтобы противостоять их различным ухищрениям и своевременно достигать поставленных целей.

В связи с этим еще в 1973 г. А.И. Алексеев и Г.К. Синилов отмечали, что оперативно–розыскная тактика должна базироваться на общих рекомендациях теории борьбы в праксиологическом смысле1. При этом наибольший интерес и особую значимость представляют рекомендации (их можно назвать праксиологическими правилами оперативно–розыскной тактики), суть которых сводится к следующему: ослабление противоборстующей стороны, использование в своих целях ее резервов. Этим правилом целесообразно руководствоваться при решении задач агентурного обеспечения оперативной разработки. В данном случае речь идет о необходимости более широкого привлечения членов ОПФ и их связей к конфиденциальному сотрудничеству для изобличения остальных соучастников. Однако из этого правила вытекают и важные выводы, касающиеся тактически грамотного использования собственных сил, средств и иных возможностей. Дело в том, что не исключается в этом случае возможность «перевербовки» агентов, т.е. склонение к двурушничеству для дезинформирования оперативника; уклонение от решающего столкновения в неблагоприятных условиях (отвлечение, ослабление разрабатываемых, использование их состояния настороженности и т.п.). С учетом этого правила может решаться вопрос о выборе при проведении ОРМ момента, наиболее благоприятного для начала реализации данных оперативной разработки и решения других задач; обнаружение слабого звена. Например, в структуре преступных групп представилась возможность для компрометации лидера, изоляции инициатора совершения преступления. Задержание и опрос неустойчивых, колеблющихся участников преступной группы и др.; концентрация основных сил на наиболее уязвимом направлении или нанесение нескольких ударов одновременно в разных направлениях; обеспечение превосходства над противоборствующей стороной.

Особое значение праксиологические правила имеют в тактике борьбы с организованной преступностью: объединение усилий с взаимодействующими элементами, к числу которых относятся все субъекты государственно–правовой борьбы с преступностью; использование фактора внезапности, который заключается в том, чтобы застать преступников врасплох или действовать неожиданным для них образом; введение в заблуждение противоборствующей стороны относительно намерений и действий оперативников, раздробление ее сил и средств; разжигание конфликта между соучастниками преступления для разобщения преступных групп, нейтрализации лиц, овлекающих несовершеннолетних в антиобщественную и преступную деятельность, и др.; воздействие на нравственную и эмоциональную сферу задержанного (арестованного), вызывающее невыгодный для него эффект, демонстрацию осведомленности оперативника. Рекомендуется также собирать по возможности полную информацию о силах, средствах, намерениях противоборствующей стороны с сохранением в тайне собственной деятельности.

При реализации указанных рекомендаций по тактическому противоборству важное значение должно уделяться введению проверяемых или разрабатываемых в заблуждение относительно намерений и действий оперативника. Имеется в виду легендирование этих действий и применение оперативных комбинаций. Так, негласный сотрудник, общаясь с проверяемыми, легендирует свою солидарность с действиями преступников, принадлежность к уголовным элементам, создает видимость совершения преступлений где–то на стороне для завоевания доверия разрабатываемых и получения информации, необходимой для их разоблачения.

Оперативник также часто легендирует свои действия, отвлекая внимание разрабатываемых от их действительного характера и цели. Так, при негласном опросе он предварительно обосновывает предлог вызова, чтобы не насторожить проверяемых или разрабатываемых. Аналогично легендируется вызов лица, подготавливаемого к конфиденциальному сотрудничеству.

Решение возникающих задач требует учитывать и некоторые исключения из указанных правил борьбы, различного рода «парадоксы». Так, «парадокс» захвата преступника «врасплох» означает, что иногда бывает выгодным отступить от рационального в своей основе хода действий, рекомендованного стратегией данного вида борьбы, и именно таким путем застигнуть проверяемого или разрабатываемого врасплох. Содержание оперативно–розыскной тактики существенно меняется в зависимости от уровня деятельности ОРО.

При всех различиях тактики, применяемой на разных уровнях деятельности, по разным ее направлениям, она (тактика) имеет единое содержание, поскольку реализуется в конкретных действиях и мероприятиях. Так, можно включать разные ОРО, использовать силы, средства и другие возможности для решения поставленных перед ними задач. Однако все они будут их решать с помощью определенных действий, соответствующих этим целям. Именно в этих действиях и раскрывается содержание оперативно–розыскной тактики.

§ 3. Оперативно– тактические действия, их типология и планирование

Оперативно–тактические действия не следует путать с ОРМ, предусмотренными в ФЗ об ОРД. Оперативно–тактические действия предназначены для реализации ОРМ. Перечень оперативно–тактических действий не может быть исчерпывающим, поскольку многообразие оперативно–тактических ситуаций нередко заставляет буквально «конструировать» оригинальные именно для данного случая действия, включающие и такие элементы, которые ранее вообще не применялись. Например, оперативно–тактическое действие по дезинформации проверяемых или разрабатываемых может заключаться в элементарной передаче агентом необходимых сведений в своей привычной среде общения. Вместе с тем такое действие может проявляться и в проведении сложных операций с привлечением дополнительных участников, подкреплением передаваемых сведений, созданием благоприятных условий, которые обеспечили бы и прохождение дезинформации, и доверие к ней лиц, на которых она рассчитана. Оперативно–тактические действия выполняют непосредственно оперативники, но в значительной мере в их проведении участвуют и конфиденты. В некоторых случаях к проведению оперативно–тактических действий привлекаются граждане, перед которыми не расшифровываются конечные цели и негласно участвующие в таких действиях лица.

К числу оперативно–тактических действий можно, например, отнести:

  • зашифрованный анализ различных документов для сбора информации о конкретных лицах и их деятельности, а также о фактах, представляющих оперативный интерес;
  • негласное или зашифрованное посещение оперативниками конкретных мест концентрации криминогенных контингентов;
  • конспиративную встречу с агентами для получения информации, дачи им заданий для совместной разработки легенды и отработки их линии поведения в преступной среде и др.

Соотношение оперативно–тактических действий с ОРМ неоднозначно. В одних случаях реализация конкретного ОРМ требует применения комплекса оперативно–тактических действий, в других —сами оперативно–тактические действия могут сопровождаться различными ОРМ: например, задержание подозреваемых осуществляется путем скрытого наблюдения за несколькими лицами, а также нескольких оперативных установок и разведывательных опросов.

Оперативно–тактические действия имеют свою структуру, т.е. состоят из комплекса более элементарных действий. Их структурное расчленение можно довести до самых простейших операций, но в таком анализе нет смысла, поскольку эти операции (например, процедура написания документа, поиск нужной информации в картотеке, переход на новую позицию при осуществлении негласного наблюдения) до определенного предела не несут никакой специфической оперативно–розыскной нагрузки. Это обычные действия (операции, процедуры), которые могут совершаться в любом другом виде социальной деятельности. Поэтому под понятие оперативно–тактических действий подпадают прежде всего те, которые подчинены осознанной потребности и цели, которые имеют признаки, характеризующие ОРД.

Наибольшее распространение имеют оперативно–тактические действия, направленные на:

  • документирование фактов, представляющих оперативный интерес, т.е. негласное выявление и закрепление фактических данных, имеющих существенное значение для изобличения преступников или проведения профилактической работы;
  • задержание преступников и иных категорий разыскиваемых лиц, скрывшихся от следствия, суда и исполнения приговора и др.;
  • проверку лица, подготавливаемого к негласному сотрудничеству;
  • изучение условий, в которых агенту предстоит выполнять задания, определение и разъяснение ему линии поведения в преступной среде;
  • подбор агентов и внедрение их в среду лиц, осведомленных о действиях проверяемых или разрабатываемых;
  • меры, принимаемые с целью создания благоприятных условий для обеспечения конспиративной связи с агентурой, для подтверждения вымышленных сведений об агенте или оперативном работнике;
  • подготовку помещений и их владельцев для организации негласного поста наблюдения, установки средств специальной оперативной техники и др. Для оперативного поиска характерны следующие действия:
  • негласное пребывание оперативно–поисковых групп в местах ожидаемого или вероятного появления лиц, представляющих оперативный интерес;
  • обследование территории и изучение оперативно обслуживаемых отраслей экономики и объектов отрасли с целью выявления лиц и фактов, представляющих оперативный интерес;
  • ориентирование негласных сотрудников на оперативный поиск;
  • вступление агентов, а иногда и оперативников, в речевой контакт с предполагаемыми преступниками для установления сведений об их личности и намерениях;
  • целевые запросы в другие ОРО, иные учреждения и организации; обращение к проверочным материалам, а также делам и картам оперативного учета (архивным и действующим);
  • изучение материалов и документов архивных уголовных дел.

Для оперативной разработки характерны следующие действия:

  • определение негласным сотрудникам конкретных задач и линии поведения в преступной среде;
  • установление свидетелей по уголовному делу и обеспечение возможности использования их показаний на предварительном следствии и в суде; выявление предметов и документов, обеспечение их сохранности и возможности использования в качестве вещественных и письмен ных доказательств при расследовании и судебном разбирательстве;
  • фиксация образа жизни, поведения, поступков и др. разрабатываемых путем применения средств специальной оперативной техники (фотосъемка или видеозапись) в различных ситуациях документирования;
  • негласное получение отпечатков пальцев рук и иных следов, обеспечивающих проведение криминалистических и других исследований; задержание разрабатываемых;
  • создание условий, способствующих успешному выводу агентов из оперативной разработки;
  • оценка собранных в ходе оперативной разработки данных, определение основных направлений и порядка их реализации.

Для оперативно–розыскной профилактики характерны следующие действия:

  • обобщение информации о криминогенных явлениях и криминогенном поведении отдельных лиц;
  • меры, обеспечивающие зашифровку источников оперативной осведомленности;
  • демонстрация мер по усилению охраны объектов и защиты различных форм собственности с целью добиться отказа от преступных намерений конкретных лиц и формирующихся групп антиобщественной направленности;
  • ориентирование негласных сотрудников на выявление конкретных условий, способствующих совершению преступлений;
  • профилактические беседы с использованием материалов и документов предварительной оперативной проверки и разработки.

Третьим классифицирующим признаком является относимость оперативно–розыскных действий к категории тактического искусства. Необходимо пояснить, что характеристика тактического искусства заключается: в активном приспособлении благоприятно и даже неблагоприятно складывающихся условий к формированию самих действий, в чем проявляется гибкость мышления, уход от стереотипных решений и формализма; в умении включить в структуру действий новые элементы (например, своевременно привлечь новых «союзников» из числа граждан). Кроме того, тактическое искусство означает оптимальный учет степени и характера противоборства со стороны криминально активных и иных заинтересованных лиц, поэтому оно основано на глубоком знании особенностей современной преступной среды, облика преступников, их повадок, принимаемых ими, контрагентурных и других мер.

Типология оперативно– тактических действий.

Оперативно–тактические действия исходя из этого определения, можно разделить на два основных вида: маскирующие и компенсирующие.

Прежде всего, следует иметь в виду, что маскировка всегда необходима там, где действия должны быть неожиданными для противоборствующей стороны по месту и времени, по количеству участников. В ОРД маскировка заключается: в изменении оперативниками внешнего облика; вводе в заблуждение объектов наблюдения; зашифровке целей общения и личности агентов (их установочных данных, профессии, взглядов, оценочных суждений); во временном приспособлении негласных сотрудников к нравам и обычаям преступной среды и т.п.

Маскирующие действия осуществляются с использованием природных, градостроительных и иных факторов. В одних случаях действия оперативников маскирует людской или транспортный потоки; в других — дома микрорайона, где организованы засада или пост наблюдения; в третьих — исполнение заранее подготовленной роли с использованием соответствующих документов, экипировки, ситуации общения. Вместе с тем маскирующие действия всегда активны. Возможна, например, быстрая смена государственных номерных знаков автомобиля при скрытом наблюдении или осуществлении оперативной проверки первичной информации о лицах и фактах, представляющих оперативный интерес; появление оперативников там, где их никак не могут ожидать лица, подготавливающие преступление.

Маскирующие действия должны быть правдоподобными, ничем не отличаться от оригинала. Например, при имитации «торговой точки» или «ремонтных работ» для расположения поста наблюдения за разрабатываемыми. Используются также маскирующие условия местности, темное время суток при сближении с объектом наблюдения для прослушивания разговора (в условиях лесного массива, парка, сквера и т.п.). Обычно оперативники маскируются под посетителей различных развлекательных и бытовых учреждений для сбора ценной информации. Условия непогоды (дождь, туман, снегопад) используются для скрытого приближения к объекту наблюдения или осуществления внезапного задержания скрывающегося преступника. Разновидностью маскирующих действий являются дезинфорформирующие действия, с помощью которых нередко достигается необходимая внезапность; побуждаются проверяемые или разрабатываемые к изменению своих планов; создается в криминогенной среде атмосфера недоверия между участниками ОПФ; развенчивается авторитет лидера ОПФ; добиваются отказа от замышляемых или подготавливаемых преступлений. Эти действия дезинформируют криминально активных лиц, в частности, при изучении преступниками организации охраны тех или иных объектов, режима их функционирования и т.д. Такие действия могут быть отпугивающими или, наоборот, стимулирующими, т.е. обеспечивающими благоприятные условия для решения оперативно–тактических задач.

Компенсирующие действия восполняют в какой–то мере ограниченные возможности. Например, восполнение ограниченных возможностей агентов, вызванных угрозой их расшифровки или участия в совершении преступления.

Необходимость в компенсирующих действиях вызывается осложнением ситуаций в период активной работы агентов в среде ОПФ. Действуя в этой среде, ведя образ жизни, внешне не отличающийся от преступников по взглядам, высказываниям, поступкам, негласному сотруднику практически невозможно не соприкасаться с противоправной деятельностью разрабатываемых им лиц. При этом одобрение агентом преступных намерений и действий является вынужденным, поскольку он утратит доверительные отношения с разрабатываемыми, которые останутся вне поля зрения оперативников. Причем, как известно, опытные преступники обычно не терпят в своей среде нейтральных наблюдателей, тщательно проверяют поддерживающих с ними контакты лиц путем вовлечения их в подготовку и совершение преступления. Поэтому уклонение агента от участия в подготовительных или пособнических действиях в подобной ситуации может повлечь за собой нежелательные последствия. Прежде всего это не будет способствовать успешному завершению оперативной разработки, поскольку останутся невыясненными существенные обстоятельства подготавливаемого или совершаемого преступления. Но, самое главное, при этом ставится под угрозу не только расшифровка негласного сотрудника, но и его личная безопасность. Иначе говоря, в таких ситуациях возникает довольно высокая степень риска, с одной стороны, участия агента в преступной деятельности, а с другой — его расшифровка. Поскольку ни то, ни другое недопустимо, постольку возникает необходимость в компенсирующих действиях. С помощью этих действий можно уменьшить степень такого риска за счет оригинальных тактических решений: включения в оперативно–тактические действия новых участников; активного использования специальных технических средств; осуществления действий, отвлекающих проверяемых или разрабатываемых, побуждающих их к отказу от ранее намеченных планов.

Компенсирующие действия могут включать: подачу заранее обусловленных сигналов, означающих необходимость подстраховки агентов или оказания им помощи; обеспечение негласных сотрудников надежной связью, например путем зашифрованных контактов с агентами, когда они находятся под строгим контролем преступников. Подстраховка агента может быть достигнута различными инсценировками: «скандалом» на лестничной площадке, в соседней квартире, ресторане, электропоезде и других местах; вызовом или «внезапным» появлением в этой связи работников милиции, проверкой документов либо доставлением правонарушителей для проверки личности в орган внутренних дел; доставкой телеграммы, денежного перевода, заказного письма и другой корреспонденции в квартиру, где собрались преступники; организацией различных проверок по линии санитарного или технического обслуживания дома, а в крайнем случае и проверкой паспортного режима. Такими действиями создаются условия, благоприятствующие

успешному контакту оперативника с агентом, оттягиванию времени, которое необходимо для подготовки других действий, дезориентирующих криминально активных и иных лиц. К осуществлению компенсирующих действий целесообразно привлекать предварительно проверенных граждан из числа рабочих и служащих строительных, ремонтных организаций, предприятий связи, медицинских и страховых учреждений и др. Восполнение существующих нормативно определенных запретов на противоправную активность негласных сотрудников предполагает проведение комплекса оперативно–тактических действий взамен направления агентов непосредственно в преступную среду или при выводе их из этой среды. К числу такого рода действий следует отнести расстановку конфидентов среди связанных с преступниками лиц, к которым «просачивается» информация о противоправной деятельности проверяемых или разрабатываемых. Не подвергаясь риску вовлечения в преступную деятельность, такие агенты могут: иметь доступ к одежде проверяемых или разрабатываемых, предметам, сохранившим следы преступления, различным записям и иным неофициальным документам, а также официальным (учетным, отчетным и другим) документам, представляющим оперативный интерес; выявлять связи и получать иную ценную информацию.

Целесообразно рассмотреть три аспекта «технологии» планирования оперативно–тактических действий.

Первый связан с выбором действия, базирующегося на оценке возможностей получения информации разного назначения, например для документирования; второй — с выбором структуры оперативно–тактического действия, которая практически определяет тактику его осуществления; третий – с обеспечением конспирации оперативно–тактического действия.

Первый аспект в качестве теоретической основы предполагает моделирование будущих доказательств; второй – теорию принятия решений; третий аспект базируется на ведомственных нормативных требованиях, предъявляемых к конспирации, и на оперативно–тактическом искусстве.

Планы оперативно–тактических действий должны иметь каждый раз существенные индивидуальные особенности в зависимости от: а) направлены ли эти действия на установление обстоятельств предмета доказывания и на установление так называемых побочных фактов; б) будут ли этими действиями фиксироваться происходящие события или события, имевшие место в прошлом. В зависимости от ответа на эти два вопроса, во–первых, избирается сам вид ОРМ и, во–вторых, строится план оперативно–тактических действий по обеспечению этих ОРМ: планируется легенда; определяется предлог для вступления в контакт с предполагаемым источником информации; определяется место получения информации; при необходимости планируются действия, конспирирующие замысел оперативника.

Например, план получения информации о ранее совершенном убийстве будет существенно отличаться от плана предотвращения проникновения разрабатываемого к материальным ценностям с целью их хищения. В первом случае оперативно–технические действия будут направлены на восстановление картины прошлого и поиск вещественных следов и доказательства, во втором случае — на недопущение преступных деяний в будущем.

В планировании оперативно–тактических действий возникает возможность сочетать планирование действия с алгоритмом его исполнения. В ряде случаев можно идти еще дальше: на основе плана и алгоритма осуществить отработку {тренировку) некоторых действий, особенно в случаях, когда решающее значение имеет определенный тип или временные интервалы исполнения отдельных оперативно–технических действий. Применительно к соблюдению требований конспирации планирование оперативно–тактических действий должно содержать элементы оценки тактических ситуаций, в который эти действия будут проводиться. Так, план ввода в разработку агентов должен базироваться на естественности контактов агентуры с разрабатываемыми и иными лицами, а в случае легендирования этих контактов — предусматривать возможность проверки легенд заинтересованными лицами. План должен исключать повторность встречь агента с лицами, которых он мог ранее разрабатывать, если эти встречи не происходят естественным путем.

§ 4. Содержание оперативно–тактических действий

Каждое оперативно–тактическое действие включает в себя более элементарные действия, количество и виды которых практически неограниченны, поскольку оперативники в борьбе с преступностью сталкиваются с неограниченным многообразием явлений. Это многообразие обусловлено: психологическими особенностями лиц, противоборствующих в достижении своих целей, не всегда учитываемыми поступками людей; изменениями обстановки, в которой осуществляются оперативно–розыскные действия; природными, градостроительными и иными факторами. Поэтому оперативно–тактические действия даже одного вида осуществляются нестандартно. Более того, для ранее рассмотренных разных видов действий имеются тактические различия.

Логически обоснованные тактические решения и их реализация находятся в прямой зависимости от многообразия явлений, сопутствующих преступности, а также от кругозора, интеллекта, профессионального опыта оперативников.

Оперативно–тактические действия существенно различаются по тактике их проведения в зависимости от интеллекта источника информации, преступного опыта наблюдаемого (проверяемого, разрабатываемого), жизненного опыта привлекаемого к негласному сотрудничеству кандидата, особенностей отношений агента с лицами, в среду которых он внедрен. Например, тактика зашифрованной беседы с руководителем предприятия будет существенно отличаться от тактики такой же беседы с ранее судимым, особенно рецидивистом, хотя и та, и другая могут преследовать одну и ту же цель: получение информации, характеризующей конкретных лиц.

Существенные различия имеет тактика получения информации через агентов, активно действующих в среде разрабатываемых ими лиц.

Поведение агентов, проявление ими интереса к отдельным событиям зависит: от того, как эти события восприняты разрабатываемыми, каково к ним отношение, проверяют ли они их и какими способами, от личных качеств негласных сотрудников, в том числе опыта и физических данных; от наличия времени, которым они располагают. Каждый агент, выполняя однотипные задания в среде разрабатываемых, применяет наиболее приемлемую для данной ситуации тактику, которая обеспечивает достижение цели оперативно–розыскного действия (своевременное получение информации) и конспирации.

Технология оперативно–тактических действий основана на использовании интеллектуальных и физических возможностей исполнителей; привлечении их опыта, знаний; способности выносить моральные нагрузки, противостоять стрессам и т.п. При этом профессиональные нав'ыки и умения оперативников имеют первосте­пенное значение, особенно такие, как: уме.ние зашифровать свое ролевое поведение, способность вести физическую борьбу, использовать свою память, проявлять находчивость и изобретательность и др.

Технология оперативно–тактических действий предполагает включение в них новых элементов, которые способствуют развитию контакта, отвлечению внимания переключению интереса и т.д.

С точки зрения особенностей тактики следует выделить две основные группы оперативно–тактических действий:

  • действия, осуществляемые негласно без непосредственных речевых и других контактов с объектами оперативного наблюдения, оперативной проверки или разработки;
  • действия, осуществляемые гласно и негласно в ситуациях не посредственных речевых и иных контактов с проверяемыми, разрабатываемыми и профилактируемыми.

Технология оперативно–тактических действий первой группы включает в качестве главных элементов приемы маскировки самого факта присутствия оперативников в местах их проведения. В исходной информации здесь основное место занимают: характеристика условий проведения действий; осведомленность проверяемых, разрабатываемых и профилактируемых о существовании и приемах негласного наблюдения; данные об объектах наблюдения, их намерениях, связях, использовании личного, служебного транспорта, привычных или возможных новых маршрутах передвижения.

Технология оперативно–тактических действий второй группы включает приемы зашифровки личности оперативников и агентов, а также целей, которые они преследуют. В исходной информации здесь преобладают детальные характеристики проверяемых, разрабатываемых и профилактируемых: особенности их делового, досугового общения, поведения в общественных местах; их коммуникабельность; данные об обстоятельствах, вызывающих те или иные психологические состояния, особенности поведения в возбуждении, обиде, стрессе; факторы, снижающие или повышающие активность в общении; данные об интересах, увлечениях, особых наклонностях. При установлении личных контактов и от оперативников, и от агентов требуется предварительная отработка легенды и той роли, в которой они будут выступать. Само поведение их в контактах является главным тактическим фактором, поскольку от этого поведения зависит достижение цели проводимого действия: получение информации; укрепление отношений; необходимое воздействие на сознание партнеров по общению и др.

В ситуации непосредственных речевых контактов технология оперативно–тактических действий основана на возникновении коммуникативных связей — важнейшем факторе, стимулирующем получение ценной информации. Сам факт общения с лицами, представляющими оперативный интерес, еще не гарантирует достижения этой цели. В ходе общения с такими лицами возникает потребность в разных видах помощи (симпатия, обоюдный интерес и др.), что активно используется для укрепления коммуникативных связей, в частности с целью беспрепятственного ввода агента в конкретную преступную группу.

Тактика установления коммуникативных связей требует от оперативника (в ряде случаев и от агента) умения использовать эффективные приемы речевого общения. Во многих ситуациях требуется умелое сочетание убеждения, внушения. Этого можно достичь доступностью, доказательностью, ассоциативностью, эмоциональностью речи. Доступность обеспечивает восприятие информации и зависит от того, насколько интенсивен к ней интерес тех лиц, которые участвуют в контактах, она зависит от предварительной подготовки, опыта и эрудиции оперативника или агента. В свою очередь, доступность обеспечивается доказательностью, сообщением собеседнику фактов, тщательно выверенных, не вызывающих сомнения. При этом доказательность стимулирует внимание и интерес не только к сообщаемым фактам, но и к личности собеседников. Ассоциативность — качество информационного обмена, которое особенно полезно в оперативно–профилактических мероприятиях. Это качество стимулирует ассоциации с иными ситуациями (провал, привлечение к уголовной ответственности, расправа преступников и др.), известными лицами, с которыми осуществляются речевые контакты. Ассоциативное мышление способствует предрасположенности привлекаемых к конфиденциальному сотрудничеству профилактируемых и даже подозреваемых лиц к оперативнику, поскольку к получаемой собеседниками информации подключаются их знания, пережитые чувства. Весьма специфическим тактическим качеством является экономичность речи, т.е. сообщение минимума сведений в расчете на получение в ответ оперативно–значимой информации. Не менее важным качеством речи в этой связи является и ее эмоциональность.

В связи с рассматриваемой проблемой существенное значение имеет следующее обстоятельство. Как известно, противоборство в большинстве случаев ставит преступников в более выгодные условия по сравнению с оперативниками. Криминально активные лица заранее готовятся к совершению преступления и знают, что можно предпринять для сокрытия деяний и своей причастности к ним, имеют некоторый выигрыш во времени. При этом данных лиц не сдерживают обычно ни правовые запреты, ни соображения морали, этики. В противоборстве оперативный работник, испытывая дефицит информации, не волен достигать ее получения любыми средствами и действует строго в рамках требований законности. Вместе с тем активная деятельность проверяемых или разрабатываемых увеличивает число информационных сигналов, т.е. дает возможность оперативникам получить большее количество информации. Именно тогда, когда преступники предпринимают те или иные шаги, удается зафиксировать их связи, факты приобретения, изготовления и укрытия орудий преступления, предметов, ценностей, денежных средств, добытых противоправным путем, и др. Например, можно зафиксировать факты отправления корреспонденции, приобретения одежды, обуви и других предметов личного пользования взамен тех, по которым преступники могут быть опознаны или на которых сохранились следы преступления. Как в контактных, так и в бесконтактных оперативно–тактических действиях существенное тактическое значение имеет умение познавать, «раскрывать» логику поведения проверяемых, разрабатываемых лиц. В этих случаях весьма продуктивен прием, который заключается в проецировании схем поведения (механизм возникновения намерений, мотивов), ранее познанных в отношении одних людей, оказавшихся в аналогичной ситуации, на лиц, которые представляют оперативный интерес. При использовании этого приема, именуемого в психологии интроспекцией, особенно необходимы знания типичного поведения криминально активных лиц и специфики отношений, складывающихся в преступной среде.

Если речь идет о преступнике, применяющем контрнаблюдение или контрагентурные меры, возникает состояние, которое условно может быть приравнено к отношениям между двумя «исследователями», когда каждый из них является объектом по отношению к другому. Наиболее ярко такие отношения проявляются в ситуации, когда становится необходимым проникновение в замыслы противоборствующей стороны, прогнозирование противоправных действий и поступков. В ситуации борьбы с преступностью это особенно сложно, поскольку объект «исследования» всячески пытается быть неадекватным привычным вариантам поведения, «уходит» от обычных логических построений, делая их ошибочными и навязывая оперативнику неверные о себе представления. Очевидно, что в данной ситуации требуется максимум информации о преступном опыте проверяемого или разрабатываемого лица, его интеллекте, испытанных им способах ухода от разоблачения. В этом случае нужна информация, вооружающая оперативника знаниями, которые необходимы для внесения корректив в тактику проводимых оперативно–розыскных действий. Причем в ходе таких действий (контактных и бесконтактных) следует получать объективную информацию, позволяющую судить о соответствующем лице не только по его высказываниям в настоящем и прошлом, но и по его поступкам, связям и др.

Многообразие оттенков оперативно–розыскной тактики нашло отражение в таком понятии, как «тактическая игра». В частности, раскрытие преступлений сравнивается со сложной тактической игрой, которая выигрывается только при определенном умении вести ее. Чаще всего содержание оперативно–тактических действий строится исходя из необходимости «переиграть» преступников, дезинформирования или дезориентирования их, чтобы не допустить обнаружения интереса к ним ОРО, расшифровки действующей в их среде агентуры, осведомленности о планируемых оперативных проверках, заслонах, засадах и иных операциях. Тактическая игра предполагает оценку, предвидение «ходов» проверяемых, разрабатываемых и других криминально активных лиц. Именно здесь сказывается формирование знаний о тактике; обучение ее правилам, тонкостям, учету преступных ухищрений и специфических особенностей ситуаций и др. Без обучения тактике не может быть ее эффективного применения. В тактической игре признаются допустимыми хитрости, тактические уловки, психологические воздействия, если они не влекут нарушений законности, не являются безнравственными и не подрывают авторитет оперативников. При допустимости дезинформации, снижающей криминальную активность проверяемых или разрабатываемых, может оказаться безнравственной ложь (например, о супружеской неверности), подавляющая волю подозреваемого в расчете на признание им своей вины.

В ответ на контрнаблюдение и контрагентурные меры, осуществляемые проверяемыми и разрабатываемыми в период негласного сбора данных об их преступной деятельности, целесообразно проведение оперативно–тактических действий, рассчитанных на создание препятствий, своеобразных ситуаций для указанных и иных лиц. Такие ситуации могут быть названы проблемными.

Проблемные ситуации, особенно в условиях городов–гигантов, на объектах транспорта, часто возникают для многих граждан в их повседневной жизни, поскольку на каждый вид деятельности оказывает влияние множество факторов, в том числе и изменчивость условий, в которых эта деятельность развивается.

Криминально активные лица стремятся создать проблемные ситуации для оперативников, заметая следы, меняя адреса, на длительное время уходя из–под контроля. Но и для них самих, для реализации их намерений характерны непредсказуемые изменения, которые не вписываются в схемы принимаемых ими решений. Поэтому и перед ними возникают проблемные ситуации, создающие различные препятствия на пути к достижению преступных целей.

Тактика создания таких ситуаций базируется на типичных им (ситуациям) естественно складывающихся условиях. Это может быть: перекрытие движения с целью побудить проверяемых, разрабатываемых или разыскиваемых лиц пройти пешком до гораздо дальше расположенной остановки городского транспорта; отключение телефона в квартире, что заставит их выйти из дома к телефону–автомату; создание препятствий при посадке на такси; «закрытие» торгового предприятия на внезапную проверку и т.п. При этом тактика действий в ряде случаев предполагает взаимодействие оперативников с сотрудниками других служб, но чаще – установление контакта с должностными лицами предприятий, учреждений и организаций, перед которыми обязательно зашифровываются истинные цели проводи–' мых операций.

Сущность тактических замыслов заключается в том, что при разрешении проблемных ситуаций проверяемые и разрабатываемые вынуждены искать способы и пути преодоления преград, вообще любого выхода из ситуации, в связи с чем ставятся в такие условия, в которых либо срываются их преступные планы, либо появляются возможности

для успешного решения задач предварительной оперативной проверки и разработки. Прежде всего речь идет о таких задачах, как: негласное фотографирование, звуко– и видеозапись; получение отпечатков пальцев рук; негласный осмотр одежды в медицинских учреждениях и военкоматах при переосвидетельствовании; выявление татуировок и других особых примет при зашифрованных врачебных осмотрах: срыв преступных планов на данном этапе оперативной проверки или разработки и др. Нередко возникают задачи постановки проверяемых и разрабатываемых в определенные условия. Причем необходимо, чтобы эти лица: обязательно попали под освещение, были бы обращены лицом к объективу при фотографировании и видеозаписи; брали бы в руки предметы, на которых хорошо фиксируются отпечатки пальцев; сняли одежду, оставили бы ее на время без присмотра и т.п.

Чтобы всего этого достичь, соответствующая ситуация должна быть «управляемой» и находиться под непрерывным контролем в ходе осуществления оперативно–тактического действия. В этих случаях проводятся вспомогательные действия, тактика которых может быть сведена к следующему: на определенное время устанавливается скрытое наблюдение; делается точный расчет действий по времени; заранее готовятся нужные средства оперативной техники; инструктируются участники оперативной группы и приданные к ним сотрудники; достигается договоренность с соответствующими работниками предприятий, учреждений или организаций. В случае необходимости разрабатывается модель хода оперативно–тактического действия, в которой: обозначаются этап и промежуточные цели действия; описываются функции каждого из его участников; предусматриваются запасные варианты на случай изменения ситуации.

§ 5. Тактические основы применения специальной техники

Тактика применения специальных технических средств при проведении ОРМ является подсистемой тактики ОРД и выступает одной из движущих сил развития этих средств, так как может превратить обычный прибор или устройство в компонент оперативной техники. Исходя из потребностей борьбы с преступностью, она стимулирует развитие новых образцов техники, способствует ее дальнейшему развитию и внедрению в повседневную практику деятельности специализированных ОРО. Тактика применения технических средств при проведении ОРМ представляет собой систему научных положений, на основании которых ведется выбор, ранжирование действий, оценивается ситуация, формируются цели, выбирается линия поведения. Тактика должна содержать набор возможных вариантов при изменении условий, правила выбора той или иной группы технических средств, конкретных приемов их применения, рекомендации по использованию полученных результатов.

Предполагая использовать оперативную технику в конкретном ОРМ, оперативник должен оценить целесообразность подобного |нага с тактической точки зрения. Для этого ему следует проанализировать ряд тактических оснований, наличие хотя бы одного из которых оправдало бы решение о применении конкретных видов оперативно–технических средств:

  • невозможность получить информацию другим путем или с помощью других средств;
  • применение данных оперативно–технических средств будет способствовать более эффективному достижению поставленных целей, сокращает время получения необходимой информации;
  • средства оперативной техники дают возможность зашифровать источник информации;
  • результаты применения технических средств могут в дальнейшем выступать свидетельством, иногда и единственным, противоправных действий или других событий;
  • возможность применения оперативной техники в конкретной ситуации оказывает психологическое воздействие на правонарушителя;
  • применение технических средств способствует более эффективному проведению ОРМ, более быстрому задержанию преступника;
  • применение технических средств позволит нейтрализовать в какой–то степени противодействия криминальной среды при рассмотрении уголовного дела.

При наличии хотя бы одного из указанных признаков применение технических средств можно считать тактически обоснованным.

Особенность тактики применения технических средств при проведении ОРМ заключается в том, что тактические приемы взаимосвязаны с техническими приемами использования определенных технических средств. Поэтому, говоря о тактике проведения ОРМ с применением технических средств подразделениями по борьбе с организованной преступностью, представляется возможным рассматривать:

  • вопросы тактики относительно способов получения оперативно–розыскной информации;
  • вопросы тактики относительно конкретных оперативно–розыскных ситуаций; тактику относительно тактико–технических свойств и возможностей технических средств.

В основе тактики проведения ОРМ, в том числе и с применением технических средств, лежат тактические приемы — наиболее рациональные способы действия субъектов оперативно–розыскной тактики, основанные на таком сочетании ОРМ, которые в наибольшей степени обеспечивают решение поставленных задач. Все ОРМ, предусмотренные ФЗ об ОРД, непосредственно напращ лены на получение оперативно–розыскной информации, ряд из кт торых немыслимо осуществить без применения соответствующей техники.

При всем многообразии тактических приемов осуществления ОРМ с применением оперативной техники можно выделить ряд следующих факторов, которые определяют особенности тактики:

  • определение порядка и пределов применения оперативно–технических средств ведомственными нормативными актами;
  • наличие конкретных видов технических средств, имеющихся в том или ином оперативном подразделении;
  • сложившуюся оперативную ситуацию, в которой предстоит осуществление ОРМ с применением технических средств.

Представляется возможным обозначить следующие факторы, определяющие особенности тактики применения оперативно–технических средств при проведении ОРМ:

  • определение порядка и пределов применения оперативно–технических средств действующими законами и ведомственными нормативными актами;
  • определение целей ОРМ и порядка использования оперативно–розыскной информации (в уголовно–процессуальной деятельности или для целей оперативно–розыскной тактики);
  • определение возможности использования полученных результатов при доказывании по уголовному делу в соответствии с действующим законодательством;
  • наличие конкретных видов технических средств, имеющихся в конкретном ОРО;
  • наличие конкретных видов технических средств во взаимодействующих подразделениях;
  • сложившаяся оперативная ситуация, в которой предстоит осуществление ОРМ с применением технических средств.

 Определенное влияние на тактику ОРМ оказывает арсенал имеющихся на вооружении технических средств, а также их тактико–технические данные. Отдельные тактические приемы и тактика проведения того или иного мероприятия изменяются в зависимости от возможностей и характера используемых при его проведении технических средств. Существенное влияние на тактику может оказать оперативная информация о наличии у разрабатываемых средств оперативной техники, которые могут оказать противодействие применяемым техническим средствам. Противодействие может заключаться в простом обнаружении технических средств, в блокировании их действий, в выводе из строя. В некоторых случаях, обнаружив применяемые технические средства и зная их тактико–технические данные, преступники могут дезинформировать оперативников, тем самым направив проводимые ОРМ по ложному пути..

На тактику проведения ОРМ оказывает влияние и то обстоятельство, что материалы результатов применения технических средств часто становятся единственным источником получения фактических данных о деятельности организованных преступных формирований. По этой причине необходимо предусматривать возможность использования выявленных с помощью технических средств данных для документального приобщения этой информации к материалам уголовного дела.

Кроме того, необходимо учитывать вопросы дальнейшей реализации информации, защиты источников ее получения от расшифровки и т.п., что существенно изменит тактику всего ОРМ. Иногда может возникнуть необходимость в легендировании ОРМ с применением технических средств для зашифровки источника получения оперативной информации, легализации полученных с помощью технических средств материалов. К факторам, оказывающим влияние на выбор тактических приемов применения оперативно–технических средств, следует отнести и вид получаемой информации в зависимости от степени ее новизны. Так, обнаружение первичной информации, как правило, происходит в процессе выявления лиц и фактов, представляющих оперативный интерес. В то же время получение информации, ранее частично известной, но реализация которой требует дополнительной проверки, происходит, как правило, в процессе оперативной разработки.

Исходя из проведенного анализа опыта работы подразделений по борьбе с организованной преступностью, можно выделить рекомендации по освоению следующих перспективных направлений интенсификации применения технических средств при разработке организованных преступных формирований:

  • расширение объектов и предметов документирования разрабатываемых криминальных формирований за счет аудио– и видеозаписи как эффективных и бурно развивающихся технических средств, применяемых специализированными ОРО;
  • расширение практики документирования за счет привлечения экспертно–
  • криминалистических методик выявления, изъятия и идентификации следов организованной преступной деятельности.

При положительном решении вопроса о применении технических средств в процессе осуществления ОРМ оперативник должен определить, какие конкретно технические средства и в сочетании с какими тактическими приемами необходимо использовать. Эти задачи решаются на стадии оперативно–тактического планирования проведения ОРМ, структура которого представляется следующей:

  • разработка замысла ОРМ, определение в нем роли технических средств;
  • сбор необходимой информации;
  • выбор конкретного оперативно–технического средства, а также средств и
  • методов вспомогательного технического обеспечения;
  • определение тактических приемов применяемой техники.

Наиболее ответственным этапом оперативно–тактического планирования является выбор оптимальных тактических приемов применения оперативной техники и определяется он в немалой степени конкретной оперативно–розыскной ситуацией. Ее содержанием являются существующие на данный момент обстоятельства конкретного криминального события, по поводу которого осуществляется ОРМ, и цели, на достижение которых оно направлено.

Оперативно–розыскные ситуации, несмотря на их разнообразие, повторяются, что позволяет, очевидно, осуществить их определенную классификацию. Однако на практике не встречается двух абсолютно идентичных ситуаций, каждая из них индивидуальна. Это обстоятельство не позволяет дать исчерпывающий перечень тактических приемов применения оперативно–технических средств в каждой ситуации. Выход из этого положения видится в разработке наиболее целесообразных типовых тактических приемов применения различных видов оперативной техники, что позволит оперативнику в своей практической деятельности творчески, при необходимости с внесением соответствующих корректив, применять соответствующие тактические приемы в конкретной ситуации. В этой связи из всего многообразия оперативно–розыскных ситуаций выделяются общие и частные типичные группы тактических приемов применения оперативной техники. Общие тактические приемы характерны для всех видов ОРМ, возникающих на практике.

К ним можно отнести:

  • зашифровку цели применения технических средств;
  • комбинирование применяемых средств;
  • маневрирование средствами;
  • резервирование (дублирование), комплексное использование различных видов технических средств с целью более эффективного и качественного документирования.

Частные, или специальные, тактические приемы логически связаны с целевым назначением конкретного вида технических средств.

В исследованиях по проблеме применения оперативно–технических средств при проведении ОРМ заслуживает внимания точка зрения, которая предлагает оперативно–розыскные ситуации с применением технических средств разделить на два вида:

  • оперативно–розыскные ситуации, при которых тактика применения технических средств является частью одного из ОРМ;
  • оперативно–розыскные ситуации, при которых применение того или иного вида технических средств становится частью оперативной комбинации.

Исходя из этого, оперативный работник при решении вопроса о тактике применения оперативной техники в первую очередь должен наметить общую тактическую направленность ОРМ, т.е. определить в нем роль и место технических средств. Таким образом, ему предстоит сделать вывод: будет ли ОРМ в большей степени определять тактику применения технических средств или же, наоборот, технический аспект будет определять тактику проводимого ОРМ. А уже с учетом этих обстоятельств может быть решен вопрос о целесообразности разработки для конкретной ситуации оперативной комбинации.

§ 6. Особенности тактики борьбы с организованной преступностью

Тактика борьбы с организованной преступностью базируется на обобщении и критическом осмыслении совокупного опыта выявления и оперативной разработки ОПФ, действующих в разных сферах экономики; борьбы с бандитизмом; оперативного наблюдения за рецидивистами; негласной работы в террористических организациях. Весь этот опыт основывается на глубокой разведке противоборствующей стороны, учитывает степень ее активности, преступную направленность («окраску»), возможность контрагентурных мероприятий.

Традиционно в ходе любой оперативной разработки тщательно изучались способы совершения преступлений, маскировки их сообщников и следов преступной деятельности.

Как уже было отмечено, тактику борьбы с организованной преступностью в значительной мере определяют, с одной стороны, маскировка ее системы (структур, их состава, лидеров, финансовых операций, планов, взаимоотношений с государственными органами, повседневной жизни членов преступных объединений), с другой — так называемая «активная оборона», т.е. совокупность действий, направленных на дестабилизацию правоохранительной системы.

Существует несколько уровней противоборства в зависимости от масштабов деятельности преступных формирований.

Индивидуальный. Он, основываясь на преступном опыте участников преступных формирований, во многом воспринял «школы» преступных корпораций. Сюда, например, входят: проверки окружения, смена адресов, укрытие оружия, денег и ценностей, добытых преступным путем, в «надежных» местах, отделение этих улик от своей личности.

Групповой. Он базируется на общих групповых интересах. На этом уровне проявляются две главные заботы: первая — обеспечение достижения преступных целей любыми средствами, которые не приведут к провалу соучастников групповой преступной деятельности; вторая — продление существования, выживания и даже процветания ОПФ. В этих целях активно используются разведка в отношении конкурирующих ОПФ, а также контрразведка в отношении деятельности правоохранительных органов: с вовлечением их сотрудников в преступную деятельность, проникновение в негласный аппарат, выявление агентуры в своей среде, компрометация вышедших на след преступников оперативников и успешно ведущих расследование следователей и прокуроров. Корпоративный. Этот уровень характерен для сложных структур организованной преступности, рассчитан на их устойчивость, в связи , с чем проявляется главная забота о покровителях, о продвижении их к рычагам власти и о захвате представителями преступной корпорации определенных позиций в государственном аппарате. Главный инструмент маскировки на этом уровне, несомненно, подкуп. Но отмечено и активное использование политической демагогии, исторических подтасовок, националистической идеологии, молодежных течений, ошибок и злоупотреблений местной и центральной власти. На этом уровне практикуются искусно отработанные методы маскировки, которые не вписываются даже в откровенно циничные нормы преступной среды. Практикуется, например, такой прием, направленный на обеспечение безопасности системы: «сдают» правоохранительным органам часть преступной организации для того, чтобы не была изобличена вся структура.

Следует учитывать и такое новое явление, как стремление преступников нейтрализовать, скомпрометировать, переориентировать на пособничество государственные и общественные институты, включенные в осуществление экономического, правового и морального контроля.

На оперативно–розыскную тактику влияют специфика возникновения и условия получения информации об организованной преступной деятельности. В сфере организованной преступности наблюдается многообразие контактов и отношений, поступков и зависимостей между фактами, событиями, явлениями. Например, в ходе оперативной проверки одного из ОГТФ, осуществленной сотрудниками МУРа в конце 80–х годов, было установлено, что некоторые московские «воры в законе» — рецидивисты с современной культурной «окраской» — оказались связаны с сотрудниками алма–атинского зоопарка; «специалистами» Мосгорисполкома, срочно, за сутки оформляющими им заграничные паспорта и выезд в Болгарию; со столичным меценатом–кооператором; с проворовавшимся тверским зверосовхозом; с артистами, выступающими в Болгарии под эгидой софийского филиала московского театра; с итальянской мафией, допустившей к порнобизнесу на гастроли в Италию «звезд стриптиза», а точнее, валютных проституток из России; наконец, с американскими спецслужбами, позволившими этим проституткам промышлять на военных базах США, расположенных в Италии.

В этом типичном для организованной преступности сплетении помыслов, интересов, действий, связей продуцируется самая разнообразная информация, которая в системе принятой для нее классификации (научная, по отраслям знаний; эмпирическая, по видам деятельности; массовая) относится к наименее изученной, а именно—к обыденной информации, рассматриваемой через категории уголовного права, криминологии, криминалистики, теории ОРД. Этот вид информации предназначен для узкого круга людей, подчиненных системе маскируемых неформальных отношений. Маскируется все, что может навести на след организованной преступной деятельности: сущность финансовых афер, интерес к объектам и «денежным» людям, связи, конфликты, расчеты, вооруженность, приобретения и т.д. Являясь достоянием лишь определенного круга лиц, допущенных в среду организованной преступности, такая информация часто заканчивает свое движение внутри конкретной неформальной группы.

Но при любой степени маскировки, и это подтверждено опытом, групповой уровень функционирования информации не исключает индивидуальных интерпретаций фактов. В результате появляется опосредованная информация, которая из «эпицентров» групповой деятельности может прорываться в смежные сферы. Например:

  • сфера интимных связей лидеров, организаторов и вообще осведомленных об организованной преступной деятельности лиц;
  • сфера семейно–бытовых, родственных отношений любого из членов ОПФ;
  • сфера проведения любых видов досуга, в том числе в компаниях заранее подобранных и проверенных людей;
  • дачного строительства, переоборудования и ремонта квартир, обслуживания личного автотранспорта, приобретения ценных вещей, драгоценностей, дефицитного продовольствия, медицинской помощи.

Таким образом, первым тактическим правилом является детальное изучение всех без исключения сфер общения выявляемых фигурантов независимо от того, постоянно, длительно или кратковременно их существование.

Каждый из этих вариантов имеет свои преимущества и недостатки. Постоянное общение предполагает замкнутость среды, сложность проникновения в нее. Однако представители этой среды бывают хорошо осведомлены и сами могут стать объектами оперативного интереса. Информация, полученная от них, будет иметь качества, свойственные второму (а может быть, и третьему) уровню опосредования. И это также имеет положительные стороны: чём более удален источник информации от активной преступной деятельности, тем легче маскировать оперативный интерес к преступникам, конспирировать сам источник, проводить оперативные комбинации по вводу новых агентов или оперативников в ОПФ.

Кроме того, общение бывает временным, например на отдыхе, в зарубежной поездке. Оно чаще всего не возникает спонтанно: есть время для включения в окружение оперативно проведенного надежного источника информации с перспективой развития временного общения в постоянное или для наблюдения за естественно складывающимися отношениями с целью определения предпочтений проверяемого в ходе новых контактов для последующей работы с ними.

Кратковременные общения могут быть также заранее организованными, если, например, становится известно о потребности фигуранта в том или ином специалисте. И кратковременное общение с заранее подобранным источником позволяет устанавливать весьма интересные факты в потоке обыденной информации. Например, кто в ком, в каких специалистах заинтересован в ближайшее время, какие у него заботы в семье, быту и т.д. Любой факт может иметь локальное, тактическое значение для углубления контактов, но может стать и определенной вехой в познании организованной преступной деятельности. Многообразие контактов, обусловленное ситуациями жизнедеятельности лиц, составляющих среду организованной преступности, существенно возрастает в условиях гигантских городских агломераций. В теории информации используется такое понятие, как «9оциальное эхо». Это могут быть отголоски внутригрупповых и межгрупповых конфликтов, особенно столкновений враждующих ОПФ. Так возникает еще одно тактическое направление: не только улавливание «отголосков», но и их изучение с помощью архивных и текущих оперативно–розыскных материалов. «Отголоски» могут содержать и ценную информацию, и дезинформацию. И то и другое полезно. В частности, дезинформация, исходящая от преступников, — это результат их активности. Любая же активность порождает новые факты, создает условия для достижения новых этапов оперативной осведомленности. Более того, если активности нет, целесообразно применить тактику ее стимулирования. Она не однозначна для разных ситуаций. Так, в ходе оперативного поиска вначале выделяют местные зоны криминальной активности и зоны вероятного прорыва информации.

А. Среда, где черпаются резервы организованной преступности:

  • неформальные объединения с антиобщественной направленностью;
  • автотранспортные предприятия и предприятия автосервиса;
  • места концентрации ранее судимых, условно освобожденных и условно осужденных.

Б. Среда, где проявляют себя, действуют участники ОПФ: «черный рынок» ценностей, валюты, предметов старины;

  • «черный рынок» автомашин, видеомагнитофонной и компьютерной техники;
  • подпольные игорные заведения;
  • рестораны, кафе, казино, иные увеселительные заведения; магазины с престижными дефицитными товарами. В. Среда, «обслуживающая» преступников:
  • проститутки;
  • работники и завсегдатаи легальных азартных игр (биллиардные, бега);
  • работники бань, бассейнов, спорткомплексов, кемпингов, пансионатов, охотоугодьев, яхт–клубов, гостиниц, туристических организаций, сферы обслуживания авиапассажиров, врачи и другие медработники, работники торговли и товарных баз.

Стимулирование активности фигурантов достигается организацией посещения таких мест, формированием интересных компаний и выбором тематики для разговоров. В ситуации, когда достаточно четко обозначена среда поиска информации, целесообразна тактика пробуждения интереса к личности, идеям, советам, знаниям негласных сотрудников, «полезным» для ОПФ.

В названных местах фиксируются образ жизни, траты денег, подарки, особенности взаимоотношений, интерес к объектам (разведка), интерес к сотрудникам правоохранительных органов (контрразведка), интерес к конкретным людям (вербовка в ОПФ).

Пассивное ожидание «потока» полезной информации — антипод оперативно–розыскной тактики. В каждом акте общения заключены информативные, эмоционально–действенные и регулятивные элементы. Регулятивные действия призваны вызвать интерес к общению.

Возьмем привлекательность личности, например информированность. Подобная привлекательность для среды, где может быть получена ценная информация, выявлены ее источники, формируется заранее. В борьбе с организованной преступностью нельзя каждый раз уповать на случай, благодаря которому «вдруг» возникают важные сведения. Необходимо заранее прогнозировать возникновение, продолжение и углубление контактов. Ввод негласного сотрудника в преступную среду — это глубоко продуманная тактическая операция, в которой само знакомство представителей среды, представляющей оперативный интерес, с негласным сотрудником должно оцениваться как их удача, с перспективой получения пользы для ОПФ.

Не исключено стимулирование активности представителей ОПФ с помощью тревожных для них сообщений, которые передаются по разным каналам, в том числе с использованием тактико–психологического анализа внутренних и внешних отношений. Так определяются каналы и источники информации, пользующиеся доверием. Чем выше для лидеров, активных деятелей ОПФ субъективная значимость тревожной ситуации, тем больше вероятность осознания ее опасности и тем более активны защитные действия. Следует стремиться к наибольшему вкладу «тревожной ситуации» в актуализацию программ активного поведения, которое создает благоприятные условия для перехвата телефонных переговоров, фиксации перемещения денег, ценностей, оружия, сбыта автомашин, выезда из данной местности, иногда физической или юридической ликвидации предприятий. Здесь действует такого рода зависимость: от содержания тревожной информации зависит программа активного поведения, т.е. выбор «защитных» вариантов, а в итоге оперативно–тактические возможности документирования, а то и реализации материалов оперативной проверки. Весь процесс получения информации об организованной преступной деятельности включает фиксацию фактов и событий, которые могут:

  • непосредственно указывать на организаторско–преступную деятельность и в этой связи использоваться в доказывании преступной деятельности лидеров;
  • способствовать тактико–психологическому анализу взаимоотношений в среде лиц, связанных между собой совместной преступной деятельностью, что необходимо для решения многих оперативно–тактических задач;
  • указывать на латентные преступления, а следовательно, на ранее неизвестных потерпевших, очевидцев и непосредственных исполнителей преступлений.

Заметим, что в борьбе с организованной преступностью получение сведений о ранее неизвестных преступлениях — весьма значимый фактор для решения типичных задач, в которых известны участники организованной преступной деятельности, известно, что они располагают подчас значительными средствами, известно, что они совершают «какие–то преступления», но не известны сами эти преступления. Часто именно обнаружение фактов совершения преступлений конкретными лицами, состоящими в преступных формированиях, дает ключ к конкретизации оперативных проверок.

В оперативно–розыскной тактике борьбы с организованной преступностью обостряются проблемы наступательности, полноты, объективности сбора информации и особенно конспирации, т.е. реализации важнейших принципов ОРД. Если традиционные тактические рекомендации чаще всего строятся на основе исследования механизма развития преступного поведения, способов совершения преступлений, типологии преступников, то в борьбе с организованной преступностью учитываются иные факторы: дислокация основных позиций, занятых лицами, входящими в ОПФ, их социальное положение, деловые, служебные, политизированные связи на разных уровнях, в различных ведомствах. Моделируются не типичные ситуации совершения преступлений (эти проблемы тактики достаточно полно решены), а вероятные ситуации противоборства, прогнозируются возможные «ходы» представителей ОПФ, их покровителей. Эти модели и прогнозы приводят к выводам о необходимости, образно говоря, «двойной» конспирации для достаточно длительной зашифровки оперативного интереса не только к лидерам, но и к второстепенным деятелям ОПФ. Естественно, такие условия ОРД требуют новых тактических решений при работе в сфере преступных формирований в окружении входящих в них лиц.

Принцип полноты информации в борьбе с организованной преступностью реализуется путем широкого охвата всех возможных видов документов, в которых отражены события, казалось бы непосредственно не относящиеся к преступной деятельности. По мере углубления экономических преобразований в России появляются новые варианты документального отражения многих событий, знание которых может быть полезным в документировании, изучении биографий проверяемых лиц, получении их личностных характеристик. Традиционными источниками такой информации являются материалы кадровых аппаратов предприятий, учреждений и учебных заведений, военкоматов, данные учета оружия, охотников, автомотосредств, регистрации нотариальных контор, адвокатур, судебных коллегий по гражданским делам и т.д. Появляются новые документы: регистрации малых и совместных предприятий, фондов, акционерных обществ, финансовых компаний, оформления арендных отношений и др. Все это должно включаться в объекты изучения информации.

Особое внимание должно быть уделено учету информации о правонарушениях тех участников организованной преступности, квалификация действий которых (например, имеющиеся признаки подстрекательства) встречает затруднения. В архивных, уголовных и ДОУ, «отказных материалах», в материалах об административных правонарушениях как раз и могут быть обнаружены факты подстрекательства, укрывательства недоносительства, которые в свое время не получили должной юридической оценки, так как исследовались изолированно, не в контексте вскрытой позже организованной преступной деятельности.

Аналогичный «поворот» могут получить ранее зафиксированные и оставленные без реагирования угрозы убийства, изнасилования (покушения), побои, истязания, причинение телесных повреждений, хранение и изготовление оружия, боеприпасов, наркотиков и другие «побочные» преступления. Насильственные действия могут оказаться элементами устрашения, расправы за нарушение правил преступной среды, принуждения «непослушных» к совершению преступлений. Подделка и подлог документов могут быть элементами реализации более опасных преступных планов или входить в технологию крупного мошенничества, хищений, легализации преступников, действующих под чужим именем.

За годы функционирования специализированных подразделений по борьбе с организованной преступностью накоплен определенный опыт, осмысление которого и соотношение с опытом зарубежных стран дают возможность изложить некоторые перспективы совершенствования оперативно–розыскной тактики в борьбе с организованной преступностью.

Прежде всего, борьба с организованной преступностью предполагает направление значительных усилий на дестабилизацию ее среды, и это придает определенную специфику мероприятиям оперативной разработки. Дестабилизацией преследуют создание помех, срывов планируемых преступлений, стимулирование конфликтов в преступной среде, выявление в ней тактических резервов оперативных подразделений, т.е. лиц, с которыми можно вступить в конфиденциальные отношения для развития оперативной разработки.

Тактические приемы дестабилизации многообразны: направленное распространение информации при помощи негласных сотрудников, анонимных телефонных сообщений, средств массовой информации; имитация вербовки лиц, которые заведомо представляют контрразведку ОПФ, с целью создания каналов передачи их лидерам специально подготовленной информации или дезинформации; переориентация лидеров. Особо следует выделить создание агентурных групп, имитирующих самостоятельную преступную деятельность. Стремления ОПФ к монополизму или разделению «сфер влияния» обязательно привлекут внимание к агентурным группам, имитирующим преступную деятельность, и это обусловит необходимые контакты, а в итоге — получение и передачу необходимой информации.

Значительную роль в информационном воздействии на отдельных членов ОПФ призвано сыграть нагнетание присущего им чувства грозящей опасности, рождаемого провалами сообщников, арестами конкурирующих групп, давлением жестких правил взаимоотношений в преступной среде. Так, анализ агентурных данных показывает, что повышенное беспокойство и неуверенность (особое психологическое состояние — фрустрация) чаще всего возникают из–за боязни разоблачения, возникновения угрозы физической расправы со стороны сообщников, неизбежности крушения социальных ожиданий, при явно прогнозируемом нарушении механизма достижения преступных и жизненных целей, при субъективной «чувствительности» к проводимым ОРМ (чаще всего — это обнаружение скрытого наблюдения).

Такое состояние фрустрации вызывает обострение критики преступных планов, недоверие к сообщникам, готовность к поиску выхода. Это способствует переориентации даже активных деятелей ОПФ, использованию их помощи для достижения оперативно–тактических целей.

Сложной проблемой является документирование преступной деятельности лидеров, пока нет уголовной ответственности за многие элементы организаторской деятельности:

  • насаждение идеологии «воров в законе»;
  • разработку общей стратегии и тактики ОПФ;
  • поиск новых сфер преступной активности и вложения средств ОПФ; выработку мер по монополизации преступного бизнеса и разорению конкурентов;
  • создание «школ» подготовки боевиков и охранников, руководство ими и др.

Знание лидеров, их роли в деятельности ОПФ имеет лишь ориентирующее значение для перспективы привлечения их к уголовной ответственности.

Все полицейские службы зарубежных стран нацелены на сбор любой доказательственной информации на лидеров ОПФ. Такая информация должна фиксироваться на всех этапах стратегической разведки и оперативной разработки выявленных объектов. Имеется в виду любая информация о любой преступной деятельности «неуязвимых» лидеров ОПФ. В этих целях следует активно использовать все виды оперативного учета, его архивы, ориентировки ОРО, поступающие из регионов, где когда–то обитали преступники «со стажем», тщательно анализировать информацию о совершаемых преступлениях.

В результате появляется возможность:

  • получать полные данные о прошлой деятельности лидеров ОПФ, их роли в ОПФ и об осведомленности о преступной среде, о местах отбывания наказания и, наконец, о лицах, которым известна их прошлая латентная преступная деятельность;
  • раскрывать совершаемые ими «незаявленные» преступления;
  • получать данные о ранее прекращенных уголовных делах и необоснованных отказах в возбуждении уголовных дел;
  • определять круг лиц, сотрудничество с которыми может обеспечить дополнительные оперативные подходы к взятым в разработку лидерам.

Все это не снимает проблемы постоянного поиска признаков преступной деятельности, которую можно квалифицировать как соучастие во всех ее формах; договоренностей о поставках оружия и предоставлении транспорта, складских помещений для перевозки и хранения запрещенных к обороту или похищенных предметов; различных видов «интеллектуального» вовлечения в преступную деятельность; идеологической обработки, а в итоге подстрекательства к террористическим актам; контактов с ОПФ и наемными убийцами и др.

Наконец, в борьбе с организованной преступностью необходимы новые, нестандартные тактические решения. Приведем лишь несколько примеров:

а) внедрение в ОПФ или приобретение агента, который по поручению лидеров ОПФ ведет изучение («разведку») объектов с целью их шантажа и вымогательства у них денег, иностранной валюты. Перед такими агентами ставится задача использовать «разведку» преступников с целью активизации сбора данных на лидеров и активных деятелей ОПФ, которые намечены как объекты вымогательства;

б) продвижение в ОПФ, в первую очередь к руководству «контрразведкой», оперативников с легендой «уволенных за связь с уголовно–преступными элементами». Естественно, легенда требует достаточно длительной подготовки и надежного беспечения. При успешной реализации такого рода тактического замысла появляются широкие возможности для ведения тактических «игр», разложения преступной среды, вывода под профилактические меры резервов организованной преступности;

в) использование шантажа преступников, имитация «согласия» на сотрудничество с ними оперативников для их продвижения в структуры организованной преступности;

г) создание «фирм»–прикрытий, имитирующих преступную деятельность для широкомасштабных связей с ОПФ. Очевидно, что нестандартные тактические решения требуют и новой оперативно–тактической подготовки оперативников и овладения ими агентурными методами, применение которых предполагает перевоплощение, отработку ролевых функций в соответствии с избираемой легендой, навыков контактной и бесконтактной связи, коммерческой или иной, соответствующей легенде легальной и «преступной» деятельности.

Следует решить проблему подстраховки, поддержки и обеспечения агентурных контактов с членами ОПФ, исходя из важнейшего принципа устойчивости контактов: агент должен быть полезен в ОПФ. Для этого оперативный аппарат должен позаботиться о поддержании интереса к нему лиц, в круг которых он вошел (обеспечить деловые связи, расширить его возможности по организации досуга, обеспечению жильем, транспортом и др.).

§ 7. Специальные тактические операции в борьбе с организованной преступностью

В практике правоохранительных органов, действующих по линии борьбы с организованной преступной деятельностью на крупных предприятиях или территориях, оказавшихся под контролем ОПФ, возникают ситуации, когда реализация оперативных материалов возможна лишь при концентрации значительных сил и средств. В этом случае проводятся так называемые крупномасштабные операции, под которыми обычно понимается комплекс мероприятий следственного, оперативно–розыскного, режимного характера и силовых действий, направленных на восстановление общественного порядка, правопорядка и нормального функционирования государственных и других учреждений, задержание или ликвидацию преступников и осуществляемых специально сосредоточенными для решения этой задачи силами.

Термин «крупномасштабный» — отражает исключительность подобного вида оперативно–служебной деятельности.

Крупномасштабные специальные операции проводятся в случаях,, когда масштабы преступлений составляют угрозу нормальному развитию регионов, отраслей экономики. При этом между преступлениями обнаруживаются организационные или функциональные связи. Основной целью операций является пресечение преступной деятельности установленных субъектов (это не одно и то же, что пресечение организованной преступной деятельности), получение доказательной базы, реализация оперативных материалов. Достижение подобных целей подразумевает задачи декриминализации крупных бюджетообразующих объектов экономики, снятие криминального влияния на территориях административного деления РФ, проведение крупных антитеррористических операций.

Подобного рода меры против ОПФ имеют наибольший эффект, когда все этапы организованной преступной деятельности укладываются в рамках одной (в рассматриваемом случае — российской) юрисдикции. Однако транснациональные ОПФ осуществляют свои операции таким образом, что только незначительные преступления совершаются в рамках одной национальной юрисдикции. Общая их деятельность может представлять последовательность преступлений значительного масштаба. Например, процессы создания и накопления криминального капитала и последующее «отмывание» денег могут быть рассредоточены по ряду национальных юрисдикции. В условиях дефицита финансовых и материальных ресурсов, высококвалифицированных специалистов в правоохранительных органах возникает вопрос выбора основных направлений и используемых средств при противодействии организованной преступной деятельности в сфере экономики. Не являются исключением и крупные операции. Как мероприятия дорогостоящие и сложные по исполнению, они должны использоваться по направлениям, где криминальный бизнес наносит больший вред государству, и в отношении тех ОПФ, которые представляют наибольшую опасность. Обстановка в ряде отраслей экономики, на крупных промышленных объектах такова, что усилия ОРО на местах не приносят ощутимых результатов в борьбе с организованными формами преступной деятельности, принявшей межрегиональный и международный характер. В этом случае может быть принято решение о проведении специальной крупномасштабной операции с привлечением федеральных и местных сил и средств ОРО, а также подразделений других министерств и ведомств.

Анализ практики проводившихся ранее операций подобного рода и соответствующего методического обеспечения показывает, что основное внимание в них должно уделяться этапу проведения операции, т.е. периоду осуществления непосредственных действий по реализации оперативной информации на территории, где расположен промышленный объект (объекты).

В частности, при проведении специальной операции «Циклон» в г. Тольятти основными задачами являлись:

  • пресечение деятельности ОПФ;
  • подрыв экономической основы их преступной деятельности;
  • ликвидация коррумпированных связей с органами власти и управления;
  • устранение причин неплатежей в бюджеты различных уровней.

В ходе проведения операции эти задачи были в основном решены. В то же время последующее развитие событий показало, что удар по криминальному капиталу хотя и был очень существенным, однако не привел к полной его ликвидации. Это связано с тем, что преступные финансовые средства, завязанные на операциях с продукцией АвтоВАЗа, рассредоточены по крупным городам в различных фирмах криминального и полукриминального происхождения. Крупномасштабная операция, проведенная в г.Тольятти, затронула их лишь косвенным образом, отразившись на масштабах торгового оборота и получаемых доходах. Сохранение преступного капитала даже в условиях существенных потерь, понесенных организованной преступной средой в результате операции на территории объекта, делает возможным восстановление преступной деятельности и криминального контроля на предприятии. При этом можно быть уверенным в том, что новая схема оборота криминального капитала будет более «совершенной», защищенной от контроля и в ней взамен выведенных из строя звеньев будут функционировать новые, обогащенные опытом предшественников.

Основная цель операции — разрушение механизма оборота преступного капитала, после чего его самовосстановление невозможно. Замысел и план проведения операции должны основываться на информации о выявленных механизмах оборота преступных средств и задействованных в них физических и юридических лицах. При этом операция должна затрагивать все ключевые звенья и элементы, независимо от их расположения на территории страны.

Если реализуемых материалов недостаточно для достижения указанной цели, то необходимо еще на стадии планирования предусматривать комплекс мероприятий, который должен быть осуществлен после завершения операции. Цель этих мероприятий — недопущение возврата криминального контроля за предприятием. Силы, привлекаемые к подготовке и проведению крупной специальной операции на объектах экономики, помимо руководства операцией и оперативного штаба в своем составе имеют ряд специальных групп, состоящих из представителей различных специалистов и ведомств: организационно–аналитическая, группа связи, взаимодействия со средствами массовой информации, следственно–оперативная и др. На этапе подготовки крупномасштабной специальной операции, по мнению автора, должна проводиться соответствующая организационно–аналитическая работа. Она заключается, во–первых, в выборе объекта экономики (отрасли, крупного предприятия) или территории, где криминализация социально–экономических отношений наносит наибольший ущерб интересам государства и проведение операции экономически целесообразно с точки зрения затрат на нее и ожидаемых результатов; во–вторых, в планировании проведения операции.

В рамках выбора объекта, где будет проводиться крупномасштабная специальная операция проводится аналитическая работа по сбору и обобщению сведений, касающихся

признаков наличия вложения криминальных капиталов, к каким ОПФ имеет отношение; их происхождения, организаторов, лидеров и авторитетов ОПФ; их коррумпированных связей во властньгх структурах и возможностей по оказанию противодействия работе оперативно–следственной группы; легальных предприятий, которые осуществляют финансовые, торговые транспортные и другие посреднические функции в инфраструктуре организованной преступной деятельности; масштабов преступных доходов и ущерба, наносимого предприятию и государству.

На основе анализа этих данных определяется ориентировочная схема обращения криминальных капиталов и управления противоправной деятельностью на предприятии, а также определяются наиболее важные в функциональном отношении звенья этой системы.

Объекты этих звеньев — физические и юридические лица, подлежащие первоочередной проверке при проведении операции.

Кроме этого, должны быть разработаны предложения и рекомендации о целесообразности проведения крупномасштабной операции с целью вывода объекта экономики из–под криминального контроля; по стратегии и тактике проведения операции; месту (или территории) ее проведения; расчету привлекаемых сил и средств; времени проведения правоохранительными органами соответствующей крупномасштабной специальной операции.

Эти предложения являются основой для выхода руководства МВД с инициативой в правительство или администрацию соответствующего региона о необходимости принятия решения на проведение крупномасштабной операции.

После принятия решения, назначения руководства и формирования штаба проведения операции организационно–аналитические подразделения участвуют в разработке плана проведения комплексных оперативно–розыскных и иных мероприятий. План операции должен предусматривать подрыв экономической основы ОПФ; защиту федерального и местного бюджетов от ущерба, наносимого нарушениями финансовой дисциплины, налогового и таможенного законодательства, реализация плановых мероприятий Правительства РФ и администрации региона по пополнению доходной части бюджетов; пресечение и предупреждение фактов коррупции должностных лиц органов власти и управления, правоохранительных органов на территории региона; выявление и раскрытие умышленных, в том числе заказных, убийств, совершенных вследствие борьбы за сферы влияния на предприятии (в регионе). Дополнительными задачами могут быть более углубленная отработка обслуживаемой территории в интересах раскрытия преступлений, в том числе «по горячим следам»; выявление лиц, находящихся в розыске; пресечение административных правонарушений и т.п.; оперативно–профилактическая отработка мест концентрации криминально–активных лиц, хранения похищенного, предметов и веществ, запрещенных к обороту, незаконного изготовления спиртных напитков, соблюдение правил торговли на рынках, проживания в гостиницах, общежитиях и т.п.; выявление лиц, занимающихся транспортировкой оружия, боеприпасов, взрывчатых, наркотических веществ и другие, в зависимости от оперативной обстановки; и т.п.

В разделе, предусматривающем организационные мероприятия целесообразно принять решение о создании межведомственной рабочей группы из числа представителей участвующих в мероприятиях ведомств.

Здесь же должны быть определены порядок работы рабочей группы, ее местонахождение, материально–техническое обеспечение (кабинеты, компьютерная техника, оперативно–технические средства, транспорт и т.п.); силы, которые будут задействованы в мероприятиях от каждого ведомства, в том числе из местных работников, сотрудников центрального аппарата, а также привлекаемых из других регионов; вопросы финансирования.

Проведение крупномасштабных операций должно обеспечиваться тесным взаимодействием различных структурных подразделений ОРО как внутри них самих, так и с другими ОРО и контролирующими органами.

Все мероприятия раздела плана, касающегося ОРМ и следственных мероприятий, должны исходить из общей цели, концепции проводимой операции, т.е. выявления и документирования преступной деятельности ОПФ, вытеснения их из сферы экономики, защите малого и среднего бизнеса от преступных посягательств ОПФ, раскрытия особо тяжких преступлений, особенно убийств, носящих заказной характер. Мероприятия этого раздела должны быть направлены на проверку предпринимательских структур, которые созданы ОПФ или образованы с их участием на предмет законности образования, законности происхождения денег, внесенных в уставный фонд, законности деятельности данной структуры, правильности ведения бухгалтерского учета и перечисления различного вида налогов в соответствующие бюджеты. Основное внимание при этом уделяется вопросам выявления и раскрытия фактов сокрытия прибыли (дохода) от налогообложения, совершенных.руководителями предприятий совместно с членами ОПФ, путем использования фирм–посредников, дочерних предприятий, взаимозачетов и т.п., а также фактов уклонения от уплаты налогов физическими лицами (руководителями предприятий, активными членами ОПФ). Одновременно проверяется законность внешнеэкономической деятельности, экономическая целесообразность и обоснованность заключенных контрактов, своевременность поступления валютных средств за реализованную за рубеж продукцию, обоснованность и правильность бартерных взаиморасчетов. Выявляются и документируются действия коррупционеров из числа сотрудников правоохранительных органов, должностных лиц предприятий и организаций, а также представителей органов власти и управления. Основные усилия должны быть направлены на то, чтобы эти мероприятия, проведенные на начальном этапе операции, позволили отстранить указанных лиц от работы (чтобы они не мешали дальнейшему проведению операции, не передавали информацию о проводимых мероприятиях ОПФ). Активизируется работа по имеющимся в подразделении ДОУ, заведенным на ОПФ, на нераскрытые особо тяжкие преступления, а также работа по расследованию уголовных дел, возбужденных на членов ОПФ. Изучаются уголовные дела по нераскрытым тяжким и особо тяжким преступлениям, особенно убийствам, носящим заказной характер и принимаются ОРМ по их раскрытию.

Если предпринимательские структуры находятся под «крышей» ОПФ, то оперативным путем следует установить сущность взаимоотношений руководителей этих структур с преступниками, а также проверить законность деятельности данной структуры, правильность отчисления налогов и т.п.

В плане намечаются и другие мероприятия: изучение работы предприятий, находящихся в тяжелом экономическом положении, имеющих большую задолженность по расчетам с другими организациями и по налогам перед бюджетом в целях установления; следует установить, не является ли существующее положение результатом преступных действий отдельных руководителей, их преступных связей с ОПФ.; проверка предпринимательских структур, которые по оперативным данным созданы ОПФ (или при их участии), находятся «под крышей» ОПФ или поддерживают с ними неделовые отношения, на предмет законности создания этих структур, законности их деятельности, правильности ведения бухгалтерского учета, свое временности перечисления в бюджет налогов и прочих отчислений, правильности заполнения деклараций их руководителями и своевременности их представления и т.п. При этом в целях вытеснения ОПФ из экономики целесообразно использовать любые нарушения, любую возможность для привлечения уководителей предпринимательских структур к уголовной, административной или иной ответственности, решения вопроса об отзыве лицензии, о прекращении деятельности предприятия и т.п. Могут быть проведены режимные мероприятия по блокированию, оцеплению места проведения операции. В зависимости от вида операции они имеют целью либо недопущение ухода преступников и перекрытия путей поступления к ним людей и вооружения, а также недопущения попадания в район проведения специальной операции мирных граждан, либо наоборот — недопущение преступников на объекты народного хозяйства, выводимые из–под криминального контроля.

На этапе проведения операции к работе необходимо привлекать специально созданную аналитическую группу, которая осуществляет информационную поддержку ОРМ и следственных действий; взаимодействие в случае необходимости с информационно–аналитическими подразделениями, незадействованными в операции; анализ хода операции; учет осуществленных мероприятий и обобщение промежуточных результатов в установленные сроки; прогнозирование развития оперативной обстановки на объекте операции и подготовку предложений по упреждающим мерам для пресечения и локализации преступных проявлений; разработку в случае необходимости предложений по корректировке плана операции.

На этапе подведения итогов и оценки достигнутых во время крупномасштабной операции результатов специальная группа обобщает накопленную информацию, готовит предложения мер, направленных на сохранение достигнутых во время операции результатов и развитие положительных тенденций в деятельности предприятия на территории, освобожденной от криминального воздействия, а также материалы по опыту проведения операции для его распространения.

Разработка комплекса мер для поддержания достигнутых при операции результатов, необходимых для этого механизмов, использующих не только силы правопорядка, но и возможности органов законодательной и исполнительной власти на территории, — это одна из задач, которая прослеживается на этапе подготовке операции и которая становится одной из основных аналитических задач после ее завершения. Для осуществления этой работы аналитическому аппарату в составе сил, привлеченных к проведению специальной операции необходимо оценить степень реализации тех оперативных материалов, которые обосновали необходимость проведения операции; составить перечень физических и юридических лиц (их коррупционных связей, финансовых возможностей и пр.), причастных к обороту преступного капитала на объекте или территории, по которым не удалось реализовать в форме привлечения их к уголовной или административной ответственности имеющиеся или выявленные в процессе проведения операции оперативные данные. На основе этого следует оценить степень возможного их влияния на процессы регенерации организованной преступной деятельности на объекте (территории). Если опасность регенерации велика, то необходимо: определить ключевых фигурантов (как среди физических, так и юридических лиц) и обратить внимание соответствующих территориальных органов на необходимость интенсивного продолжения оперативной работы в отношении выделенного круга лиц; разработать и представить руководителям операции план профилактических мероприятий (с указанием ответственных за их реализацию министерств, ведомств, местных правоохранительных органов, администрации, руководителей предприятия и др.), направленных на предотвращение возможности осуществления лицами, ушедшими от ответственности по итогам операции, не законной экономической деятельности; согласовать намеченные мероприятия с ответственными за их реализацию; после подведения итогов операции обобщить полученный в ходе ее проведения положительный опыт и обеспечить его распространение среди всех заинтересованных правоохранительных органов; к освещению отдельных, наиболее эффективных эпизодов операции обязательно привлекать СМИ.



Обновлен 08 дек 2016. Создан 23 мар 2016



  Комментарии       
Имя или Email


При указании email на него будут отправляться ответы
Как имя будет использована первая часть email до @
Сам email нигде не отображается!
Зарегистрируйтесь, чтобы писать под своим ником